Недаром существует огромное количество людей, которые до ужаса боятся стоматологов. Даже с анестезией порой процесс лечения зубов переносится крайне дискомфортно. А уж в условиях девятнадцатого века, подозреваю, Ксанфию и вправду придётся помучаться. Но я постараюсь максимально обезболить его ротовую полость, чтобы процесс прошёл наименее травматично.

— Вы ещё спрашиваете? — хмыкнул он. — Конечно же, я готов!

— Тогда наносите грим. Пойдём на мой завод. Для дальнейшего лечения мне понадобятся материалы, которые я там храню, — объяснил я.

После небольшой передышки мы втроём направились к заводу. Сегодня он был закрыт. Я решил дать своим новым сотрудникам один выходной. В последние несколько дней им приходилось трудиться сутками напролёт, чтобы привыкнуть к работе с оборудованием. А я не хочу нарушать гигиену труда, даже несмотря на то, что на дворе девятнадцатый век.

Мы заняли один из кабинетов, предназначенных для бухгалтерии, усадили Ксанфия в кресло, после чего я попросил Сеченова, чтобы он подготовил шприцы с анестетиком. В данном случае тратить ману на отключение болевых рецепторов слишком расточительно. Лучше ввести вещество напрямую.

Пока коллега готовил нашего пациента к финальной фазе его лечения, я прошёл в соседний цех и вскрыл один из аппаратов, которые ещё не подключили к общей системе.

— Придётся разобрать катализатор, — пробормотал себе под нос я.

Расточительство то ещё. Но это — единственный металл, из которого я могу сделать новые зубы для Ксанфия.

Серебро. Этого вещества у меня было довольно много, поскольку оно используется в качестве ускорителя многих химических реакций.

Я разобрал катализатор, затем расплавил серебро с помощью огненного кристалла и аккуратно собрал из подручных инструментов два клыка, которые смогут подойти Ксанфию. Сделать это было не так уж и трудно. Я давно заметил, что лекарская магия сама даёт мне подсказки даже в изобретательстве. Я заранее знаю, какой формы должен быть протез или имплант.

Закончив подготовку зубов, я вернулся в кабинет и сразу понял, что с Ксанфием что-то не так. Он не заснул, но выглядел очень вялым.

— Что произошло? — спросил я.

— Как «что»? — переспросил Сеченов. — Я вколол ему анестетик.

— Куда⁈ В вену? — воскликнул я.

— А… А что, не надо было? — испугался он. — Мы ведь всегда так делали.

— Я же попросил просто подготовить шприцы, — напомнил я. — Анестезия должна вводиться в десну. Ладно, теперь уже ничего не поделать. Сделаем нашу операцию под общим наркозом.

В этот момент с улицы послышался чей-то крик.

— Апраксин! Ублюдок, я знаю, что ты здесь! Сейчас же выходи оттуда! Настал конец твоим пряткам!

Мы с Сеченовым переглянулись, а затем устремили свои взгляды на Ксанфия.

— Кто это? — спросил его я. — Городовые?

Ксанфий с трудом продрал глаза и произнёс:

— Х-хуже…

И сразу же после этого полностью погрузился в состояние наркоза.

Глава 18

— Алексей, что делать-то будем? — напрягся Сеченов. — Вдвоём мы с ними, конечно, справимся, если на нас нападут. Всё-таки обратные витки есть у обоих. Но что, если это кто-то из представителей власти?

— Сомневаюсь, — помотал головой я. — Местным городовым сейчас совсем не до Апраксина. Но кто нас ждёт у входа на завод, мы теперь не узнаем, пока сами не проверим.

— Прости, виноват. Я не знал, что нам не нужно его усыплять, — указав взглядом на Ксанфия, пожал плечами Иван.