Крис покачал головой, отряхивая пыль с куртки:

— Понятия не имею. А что, может, есть какое-нибудь волшебное слово?

— Нечто вроде того. Вот смотри. Надо взять в руки поводья и дважды прищелкнуть языком.

— И все?

— Попробуй сам.

Крис ледяным взглядом смерил Бушу, взялся за поводья и прищелкнул языком. Животное подняло голову, странно всхрапнуло и — о чудо! — сдвинулось с места и размеренным шагом направилось вперед. Когда верблюд проходил мимо него, Крису показалось, что в глазах животного застыло презрение. Подавив кипевшее внутри раздражение, он, стараясь держать дистанцию, пошел за верблюдом.

Очень непросто было одолеть крутой обрыв. Несколько раз дромадер едва не падал, поскользнувшись на гладком камне, но Крис оставался начеку, и в конце концов оба они перебрались на другую сторону. Ханна, усевшись в тени, наблюдала за происходящим.

— Я уж думала, вы вообще там и останетесь. Что стряслось?

— У нас с Бушей возникли кое-какие разногласия. Но мы с ним поговорили как мужчина с мужчиной, и теперь нас водой не разольешь. Правда, Буша?

В ответ раздался рев, эхом прокатившийся по нависающим вокруг скалам.

Вскоре и остальные члены группы преодолели обрыв. Туареги-охранники вовсю потешались над неуклюжестью северян, над их неумением обращаться с верблюдами. А разногласия Криса и Буши послужили поводом для импровизированного представления — туареги состязались по части передразнивания неудачных попыток Криса добиться своего, сопровождая сценки взрывами смеха. Так что, несмотря на все тяготы, настроение в группе поднялось.

Ирэн мельком глянула на карту и, подняв голову, стала всматриваться в желтоватое марево.

— Крис прав. Вход в каньон вон там, дальше. Я отсюда вижу две высоких зубчатых скалы. За ними длинное до бесконечности ущелье, формой напоминающее серп. Там, хочется надеяться, и скрывается то, ради чего мы сюда притащились. Давайте, надо идти дальше, мы успеем до жары — тут не так уж и далеко.

Два часа спустя после того, как группа обнаружила вход в каньон и разбила там лагерь, Крис с Ханной добрались до острого скалистого гребня — цели их первой разведывательной вылазки. Остальные от жары и пошевелиться не могли, так что Крис с Ханной отправились вдвоем.

После карабканья по скалам, потребовавшего от обоих навыков цирковых акробатов, они очутились на выступе, карнизом нависавшем над лагерем. Прохладный бриз с северо-востока чуть освежил их. Крис вытер пот.

— Изумительный вид, — задыхаясь, проговорил он. — Жаль, что я оставил камеру внизу. Ладно, если не найдем здесь ничего, по крайней мере не так обидно будет. Завтра придется еще разок сюда вскарабкаться.

— Не думаю, что мы останемся здесь до завтра, — ответила Ханна. — Если верить твоим расчетам, нам еще предстоит одолеть как минимум двадцать километров до места, где должен находиться обелиск. Если бы все зависело от меня, я отправилась бы туда еще сегодня вечером.

— Как я посмотрю, ты страшно торопишься.

— Вообще-то я не имею такой привычки, но сейчас я чувствую, что нас действительно ждет тайна. Представь себе, вдруг мы на самом деле откроем нечто потрясающее. А тебе, как мне кажется, хоть бы хны.

— Первое: не следует забивать себе голову надеждами на то, что мы действительно обнаружим здесь, как ты выражаешься, нечто потрясающее. Наши шансы не так уж и велики. И второе… — Крис запнулся, — второе, мне не хотелось бы, чтобы наша экспедиция завершилась так скоро.

Проговорив это, Крис искоса посмотрел на Ханну.