По мере того, как Джек приближался к геликоптеру, его все более разбирал смех, однако увидев старлея Брауна, он постарался сдержать себя и не смеяться, ведь это сейчас бы очень важный гость.

А еще на глаза Джеку, то и дело наворачивались слезы и ему приходилось их смахивать.

– А вот и наш Джек Ривер! – с деланной радостью произнес Браун, поправляя панаму и бросая из под ее полей настороженные взгляды, как будто предварительного облета острова было недостаточно.

– Старина Браун! Как я рад тебя видеть! – воскликнул Джек искренне радуясь и шмыгнув носом, попытался обнять Брауна, но тот вежливо отстранился, поскольку на Джеке, по совету Ника, была одна из его рабочих футболок.

– И я рад, Джек. Вот, летал тут недалеко по делам и подумал – дай-ка, заглянул к Джеку нашему Риверу, поинтересуюсь, как он готовится к дембелю. Ты ведь готовишься, Джек?

– О, старина, я готовлюсь и ещё как готовлюсь! – воскликнул Джек и снова попытался обнять гостя.

– А что это там за нагромождение, а, Джек? Пойдём посмотрим.

– Пойдём, Браун, пойдём! – загорелся этой идеей Джек, радуясь, что хоть кому-то может рассказать о своей новой идее.

Теперь он тараторил без умолку, подпрыгивал, хватая гостя, то за локоть, то за пуговицу на кителе, а тот сдержанно улыбался, кивал и внимательно всматривался в лицо подопечного, оценивая его поведение.

По возвращению Брауну предстояло дать полковнику Ливингстону полный и подробный отчет о том, что тут происходит и для чего вдруг на подконтрольный “дальней связи” остров была выписана доставка такого огромного количества весьма специфического товара.

А главное – как получилось, что оплата была произведена с “заброшенного” счета, который служба все еще держала под контролем.

– Ну, и что всё это означает, Джек? – спросил Браун, останавливаясь перед распоротым пологом грузового блока и распотрошенными ящиками с отделочной плиткой, которая была разбросана по песку.

– Это означает, Браун, это ещё как означает! Я сделаю подарок, Браун!

– Кому подарок, Джек?

– Тем, кто будет тут после меня! Посмотри на наш домик, Браун, это же просто жалкая лачуга, а я хочу отделать всё так, чтобы было, как в пятизвездочном отеле, понимаешь? Чтобы люди приезжали и радовались, понимаешь?

– Понимаю. А ты понимаешь, что украл чужие деньги? Ты расплатился с чужого счёта, Джек! – с нажимом произнёс Браун, внимательно следя за реакцией в глазах Джека, чтобы прочитать в них страх и тем самым подтвердить, что всё происходящее просто спектакль.

– Это был знак, Браун! Это был знак! Когда появились эти деньги, я понял, что мне нужно с ними делать! – воскликнул Джек и Браун, вздохнув, сдался.

– Ладно, пойдем в дом, посмотрим, как ты живешь, – сказал он и направился к домику.

– Прекрасно живу, Браун! Я живу прекрасно! – приплясывая рядом с гостем и забегая ему наперед принялся убеждать Джек.

Временами, он как будто видел себя со стороны и слегка удивлялся такому своему поведению, но поделать с этим ничего не мог.

Продолжая с подозрительностью поглядывать по сторонам, Браун вслед за Джеком прошел в дом, прогулялся из комнаты в комнату, отметив трещину на стене и даже поднял перевёрнутый для наглядности стул.

По совету того же Ника, для создания полной картины Джек навел в комнатах “творческий беспорядок”.

– О, да ты даже это старье подключил! – удивленно произнес Браун, заметив, что у стоявшей в углу громоздкой рации отремонтирован и включен в розетку оторванный некогда шнур.

– Да, мне она очень нравится, я общаюсь с друзьями! – горячо заверил Брауна Джек.