Вот такие порядки были заведены в ее царстве. Одна лишь благопристойность вышла бы скучной, а чувственность – натуралистичной. Но Фенелла предлагала их в причудливом сочетании. Чувственность шествовала рука об руку с добропорядочностью.

Наблюдая за Фенеллой, Полли по ее улыбке поняла: что-то должно произойти. Она терпеливо ждала.

– Ну, – сказала Фенелла, – что ты здесь сидишь?

– У милой мадам есть новости?

– Скоро узнаешь.

– А… значит, новенькая.

– Кто сказал?

– Милая мадам, уж Полли вы не проведете.

– Ах ты, старая букашка!

– Я вас на два года моложе, милая мадам. Так что говорить насчет старой я бы на вашем месте поостереглась.

– Вот тут ты ошибаешься. Ты родилась старухой, а я вечно останусь молодой.

– Не верьте этому, милая мадам. Вы на все свои сорок пять и выглядите.

– Пошла вон, мерзавка!

– Ну, скажите мне сначала, что же там в письме, – заскулила Полли.

– Только чтобы от тебя отделаться. Налей мне кофе.

– Сливки добавлять, милая мадам? А то у вас в последнее время жирку прибавилось.

– Он меня вполне устраивает. И кофе со сливками тоже. В общем, Полли, ты все равно узнаешь. У нас будет новая воспитанница.

– Ах, милая мадам! Когда?

– Кажется, скоро.

– А кто такая?

– Очаровательный ублюдочек.

– Ага, одна из этих.

– Помнишь того корнуолльца?

– Да, конечно же, помню.

– Так это ему мы обязаны, Полли. Как-то раз он заглянул к нам, чтобы провести ночь. Я тогда была влюблена – не помню уж в кого, но не в этом дело… дело в том, что потом он – я имею в виду корнуолльца – закрутил с одной маленькой белошвейкой. И появился ребенок… вот этот самый ребенок.

Полли восхищенно прищелкнула языком:

– Значит, мы за нее в ответе, так?

– Вот он ее к нам и посылает, эту Мелисанду Сент-Мартин. И напоминает, что когда-то я помогла ее окрестить.

– Милое имечко.

– Не вмешайся я, ее назвали бы Милли. Бог знает, что бы из нее вышло, если б не я.

– О да! Если бы не вы, она вообще бы на свет не по явилась… судя по вашим словам.

– Я позаботилась о том, чтобы ее послали в один французский монастырь. Теперь она образованная девушка.

– И вы собираетесь… найти ей подходящего мужа?

– Сделаем все, что от нас зависит, Полли. Для этого он ее сюда и направляет. Девушка будет изучать у нас портновское искусство. Если она хорошенькая, то выдадим ее замуж. Если нет… что ж, будет работать в салоне.

– Но тогда девушек станет семь… Такого никогда раньше не было. Не люблю семерок. Мы когда-то жили в доме номер семь… если это можно назвать домом. Там в трех квартирах ютилось семнадцать человек, и семеро из них умерли от лихорадки.