Пачкая руки, мы бросили в могилу комья глинистой земли и услышали дешевый фанерный звук. Мне стало стыдно…

Не дожидаясь конца церемонии, мы пошли по направлению к выходу. Как бы подгоняя нас, в спину дул колючий ветер, заставляя вспомнить о целебных свойствах спирта.

— Блядская жизнь, блядская смерть… — вздохнул Шварц.

— Не обобщай, — попросил я.

— Ты не подумай, я не Юрка имел в виду… А всех нас.

— Тем более не обобщай…

— Интересно, кто эта баба с зобом? — простуженным голосом спросил Алекс.

Я задумался.

— Черт ее знает… Может, из-за нее Юрка когда-то поперли из АПН?

— Вы знаете, — грустно сказал Шварц, — я решил опять склещениться с Майкой.

— Склещениться?

— Ну, сойтись…

— А как же твоя милиционерша?

— А ну ее к черту… Мне Майка носки стирала… А какие она борщи варит!

— Из-за этого?..

— Не только… Видишь ли, для меня главное, чтобы женщина меня понимала. А эта курва, Сара, всю дорогу смеется! Даже в постели… А меня это, как вы понимаете, раздражает. В конце концов, Сару можно оставить в качестве друга семьи. Так все делают… Это сейчас модно… Познакомлю ее с Майкой… И потом, здорово, что она работает в милиции, это всегда может пригодиться.

— А вдруг Майка откажется возвращаться?

— Еще чего! Я уже с ней договорился…

— Договорился?..

— Да, я сказал, что она мне нужна.

— И она?..

— Будет лечить меня от депрессии… Слушайте, — вдруг вырвалось у Шварца, — какое же это паскудство, заявиться на похороны!.. Я говорю об этом треклятом горбуне…

Алекс широко раскрытыми глазами посмотрел на Шварца:

— Так этот ненормальный тип и есть тот самый горбун? То-то я подумал, что это за козлы лезут из машины…

— А ты откуда знаешь про горбуна? — спросил Шварц у Алекса.

— От него, — Алекс показал на меня.

— А ты откуда?

— От верблюда… — ответил я и показал на Алекса.

Сёма в изумлении закрутил головой.

Пришлось рассказать Шварцу, как я побывал в гостях у страшного горбуна.

— Ну все, теперь мне хана… — застонал Шварц. — Этот ублюдок точно прибьет меня: он видел нас вместе…

— Не бойся, — сказал я, — он уже никогда не тронет ни тебя, ни меня…

Мой уверенный тон немного успокоил Шварца. Видимо, он вспомнил, что я — апробированный обладатель уникального дара…

Откуда у меня взялся этот уверенный тон?..

— Как представлю себе, — вздохнул Алекс, — каково сейчас Юрку там, в

темноте, под заколоченной крышкой… Так мороз по коже и подирает… до самых яиц.