Улицы пустынные, ни случайных прохожих, ни патрулей…

Сначала я хотел вернуться в общагу, но потом понял, что уже не усну. В таком случае придётся снова переться на работу. Переселиться туда с концом, что ли?

Эх, порядком же меня завела беседа с начальником ГПУ. Давно не ощущал внутри столько эмоций. Может, стоило зарядить ему в глаз для разрядки?

Я тут же одёрнул себя. Что за мальчишество, ты же опер, а не дворовый хулиган. Веди себя правильно, подумай о будущем.

Действительно, что ждёт меня в будущем? Весь жизненный опыт, практика прошлых лет говорили: после этого ночного разговора я нажил себе реального врага. И пусть пока у Кравченко большие проблемы – он ведь не случайно дёрнул меня к себе на эту встречу тет-а-тет – я не сомневался, что такое дерьмо, как он, никогда не утонет. А значит, рано или поздно этот враг заявит о себе.

У гнилых людей всегда обострённое самолюбие и желание мести. Мало мне попортили крови там… Здесь тоже в любую секунду жди неприятностей.

Учитывая те рычаги, которыми обладал Кравченко, тут и к бабке не ходи: мне придётся несладко. И никакой начальник губрозыска, даже если это Смушко – не будет в силах оказать помощь. Разве что до самого товарища Дзержинского дойти, да и то без гарантии успеха.

Стоп… А какова вероятность, что Кравченко отправит за мной кого-то из тех, кто способен пустить мне пулю в спину? Что-то я даже не подумал об этом.

Хотя вряд ли… Для этого необходимо как минимум, чтобы нужный человечек был на месте, так сказать, под рукой. А ещё его необходимо проинструктировать. То есть понадобится такая штука, как время, а его у Кравченко мало.

Ну и, думаю, вызвав меня, он не ожидал услышать такое в ответ. Скорее всего, верил, что ему удастся перехитрить совсем ещё зелёного оперативника. Тем более обещать – не значит жениться. Я вот на все сто уверен, что должность заместителя – это просто яркая замануха. На самом деле Быстровым бы попользовались, а потом выкинули за ненадобностью. Всё это вполне в духе таких типов, как Кравченко. Уж мне-то их психология доподлинно известна.

Однако расслабляться точно нельзя.

Полный мрачных мыслей я брёл по улице. Мне уже стало казаться, что всё происходящее со мной – это просто сон. Сейчас я открою глаза и окажусь дома, храпящим на любимом диване с книжкой на пузе и включенным «ящиком».

Потом позвонит Дашка, позовёт к себе в гости. Я заскочу в универсам, куплю тортик или набор пирожных, вызову такси, приеду в их жилой комплекс, позвоню в дверь и снова увижу мою доченьку!

И если она заставит меня снова сходить к врачу, я сделаю это сразу. Без малейших проволочек. Ведь мне так и не довелось понянчить внуков.

А если этому помешает работа… Так ну её нахрен, эту работу! Уволюсь к такой-то бабушке, найду что-то другое, за что хотя бы деньги платят, а не те копейки, что получал.

Однако кого я обманываю – это был не сон. И мне больше не суждено увидеть Дашу. Во всяком случае наяву.

Чекист, который приехал за мной, не обманул: на улице было прохладно. Пиджачок не больно-то и спасал, по-хорошему, стоило поддеть под него свитер, если такой есть у меня в гардеробе.

И тут моё внимание привлёк звон разбитого стекла, который в ночной тишине прозвучал почти как выстрел. Возможно, на него так среагировало моё обострённое внимание.

А не менее обострённая интуиция заставила осторожно двинуться в ту сторону. Мне почему-то не верилось, что виной всему случайный порыв ветра.

Глава 25

Я вжался в стену дома, прошёл так несколько шагов и выглянул из-за угла. Зрение за время нахождения в темноте успело освоиться, и я разглядел двух мужчин, которые стояли перед аптекой, нервно курили и озирались по сторонам.