— Процент, — задумчиво сказала Марина Марковна. — Процент, процент, процент… Так! Кажется, мне нужно поспать.

Сны у вдовы Орловой нынче выдались психоделическими. Жуткий винегрет из событий минувшего дня; тревожный и пугающий. Однако по утру ей действительно стало полегче. В голове прояснилось и теперь над катастрофичностью надвигающейся катастрофы хотелось лишь смеяться.

— Процент!

Этот наглый выродок всего-навсего хочет отщипнуть от её имущества процент, полагающийся бастардам, а вовсе не захапать всё! Он не знает про завещание! Он заберёт свои копеечки и навсегда исчезнет из её жизни, а она, — Марина Марковна, — продолжит своё безбедное существование! Всего-то и делов, разок появиться на суде!

— Как по мне, это очень верное решение, — подкрепил мысли вдовы новый юрист Орловых, нанятый на место Безобразова.

Тощий, чем-то неуловимо похожий на тифозную крысу человечек по имени Войцех Свистопляцкла.

— Таким образом вы сохраните лицо и останетесь при ВСЁМ своём капитале, — хитро улыбнулся Свистопляцкла.

— При всём?

— Да.

— Объясни.

— Да будет вам известно, Марина Марковна, что в законе о бастардах есть очень интересная лазейка. Эдакий юридический ляп, которым в нашем случае просто грех не воспользоваться.

— Я слушаю.

— По закону, добившемуся признания бастарду предоставляют список активов рода, и он сам выбирает, что бы ему такое повкуснее заграбастать. Однако в тексте статьи есть формулировка «при живом родителе», — сказал Войцех и повесил театральную паузу.

— А при неживом?

— А про неживого ничего не сказано, вот вам и ляп. Так что поскольку Его Сиятельство трагически скончался, мы можем трактовать этот закон следующим образом: семья покойного сама выберет, что передать во владение бастарду. И я обещаю вам, Марина Марковна, что судья не будет против.

— Точно?

— Точно, — кивнул Свистопляцкла. — Договариваться — это моя работа.

— Угу…

Шестерёнки в голове вдовы Орловой закрутились; пошёл мыслительный процесс.

— То есть мы можем отдать ему что-то ненужное?

— Мари-и-и-ина Марковна, — широко улыбнулся Войцех. — Чтобы отдать что-то ненужное, сперва нужно купить что-то ненужное. При этом желательно искусственно завысить сумму сделки. Так, чтобы она составляла… ну-у-у-у… скажем, один процент от ваших активов. И пока что у нас ещё есть время, чтобы это сделать.

— Хо, — коротко хохотнула Орлова. — Хо-хо, — хохотнула она чуть длиннее и в конце концов: — Ах-ха-ха-ха-ха-ха! — разразилась сатанинским хохотом.

Паззл сложился.

Остаток дня Марина Марковна вместе со своим новым фаворитом Свистопляцклой провели в поисках подходящего для передачи бастарду актива. Им нужно было срочно найти что-то такое, к чему сложно придраться. Что-то внушительное на вид, но при этом дешёвое по факту.

Пускай в плане Войцеха почти не было изъянов, но если под видом одного процента от всех активов рода передать Каннеллони покосившийся сруб где-нибудь под Торжком, то у суда могут возникнуть вопросики. Так что тут нужно действовать тоньше. Купить какой-нибудь особняк под снос или провинциальный театр в аварийном состоянии. Или же…

— Вот! — улыбнулся Свистопляцкла. — Марина Марковна, посмотрите-ка сюда. Как вам такой вариант?

— Ах-ха-ха-ха! — и вновь вдова не сумела сдержать своей мрачной радости. — Идеально! Как раз подойдёт для этого ублюдка!

* * *

В ожидании новостей у меня было два выхода. Первый — сидеть, грызть ногти, топать ногой и крутить, крутить, крутить в голове тревожные мысли.