Майор – командир колонны, серый от усталости – уже ждал. Подняв воротник полушубка, он нетерпеливо прохаживался вдоль строя машин, иногда проверяя ногой накачанные баллоны. Когда Сергей со старшиной присоединились к кучке шофёров, майор посветил фонариком в лицо каждому, проверяя внешний вид. Сергей одёрнул телогрейку и спешно стёр со щеки следы копоти – майор не уважал расхлябанности.

– Знаю, что сегодня по два рейса все уже сделали, – майор вздохнул, – но надо, товарищи бойцы. Повезёте в Ленинград спецгруз особого назначения.

Лучом фонарика он высветил надпись на одном из ящиков: «Подарок ленинградским детям из Грузии».

– Всем ясно задание?

– Так точно, товарищ майор! – рявкнул Сергей, вливая свой голос в общий ответ.

В путь тронулись с включенными фарами. Навстречу каравану качалась гирлянда огней от машин, идущих из Ленинграда. Иногда на поворотах можно было разглядеть людей в кузове, сбившихся под одеялами в тесную кучу. Мысленно Сергей пожелал им дотерпеть до берега, потому что в Кобоне эвакуируемых ждали тепло и горячая пища.

На третьем километре дороги им посигналила регулировщица Люсенька. В белом маскхалате, перепоясанном ремнём винтовки, она указала на объезд полыньи и махнула флажком:

– Счастливого пути!

В ответ Сергей мигнул фарами, но тут полуторка чихнула и заглохла.

– Заведись, милая! – в голос взмолился Сергей.

Он повернул ключ зажигания и нажал на стартёр, но машина бессильно урчала, совершенно не собираясь заводиться. Чтобы не отстать от колонны, Сергей выскочил на лёд и бешено закрутил пусковую рукоять стартёра. Ноги разъезжались на льду, а ушанка отлетела куда-то в сторону.

«Давай, давай, давай!» – молотом стучало в мозгу в такт каждому обороту.

Особо важный груз должен быть доставлен во что бы то ни стало.

– Не заводится?

Он не услышал, как подошла Люсенька.

Не отрываясь от ручки, Сергей отрывисто сказал:

– Да вот, понимаешь…

Люся подняла руку и ласкающим движением погладила капот, словно подбадривая отставшего от стада бегемота:

– Давай, машинка, постарайся, мы все устали.

Под её слова мотор прокашлялся раз, другой, и передок машины задрожал от сдержанной силы.

– Спасительница ты, Люся!

В одно мгновение Сергей оказался в кабине, выжав газ на полную. Пробуксовав на ледяной корке, колёса сдвинулись с места и перед глазами снова замелькало белое полотно дороги, тускло подсвеченное фонарями в руках регулировщиц.

* * *

Регулировщики на ледовой трассе занимались рассредоточением транспортных колонн и контролем за соблюдением установленных дистанций между машинами. Это было особенно важно потому, что торможение автомашин на льду при отсутствии снега было почти невозможно, и езда машин на близких расстояниях друг от друга грозила провалом одновременно нескольких машин. В задачу регулировщиков входила также установка вех вдоль трассы. Днём направление трассы указывалось козелками из кольев, ночью это делалось с помощью фонарей, которыми были снабжены регулировщики. В случае обнаружения на ледовой дороге опасных мест регулировщики должны были отводить трассу в сторону, перенося козелки и переставляя фонари. В самые первые дни работы ледовой дороги на ней было выставлено 20 регулировочных постов. Но уже 26–27 ноября 1941 г. их число было увеличено до 45. Регулировщики стояли теперь через каждый километр, а на отдельных опасных участках и чаще.