|
– Однажды она назвала это имя, в точности как об этом говорила Меррик. Назвала оба имени, отца и матери, как ее, наверное, учили отвечать незнакомцу. Имя ее матери – Агата. – Понятно, – ответил я. – Меррик будет очень довольна. По традиции старых обрядов, когда вызываешь духа, нужно назвать имя его матери. – Жаль, что он пил только пиво, – заметил Луи, когда мы пошли обратно к дому Меррик. – Капелька чего-то покрепче в крови мне бы не помешала, хотя, наверное, без нее все же лучше. Голова осталась ясной. Я верю, Меррик сможет сделать то, о чем я ее просил. 19 Когда мы шли вдоль дома, я обратил внимание на горящие свечи, а едва завернув за угол и оказавшись на заднем дворе, увидел огромный алтарь под навесом со всеми его благословенными святыми и девами, тремя волхвами и архангелами Михаилом и Гавриилом с яркими белыми крыльями и цветными одеждами. В ноздри ударил сильный и приятный запах ладана. Над широкой, вымощенной неровным фиолетовым камнем террасой низко склонились деревья. Вдалеке от навеса, у самого конца мощеной площадки возвышалась тренога со старым котлом, под которым уже мерцали угли. По обе стороны от жаровни вытянулись длинные железные столы, на которых с любовью были расставлены многочисленные предметы. Я слегка поразился при виде этого зрелища, но потом разглядел на ступенях дома, всего в нескольких ярдах от столов и котла, фигуру Меррик. Лицо скрывала зеленая нефритовая маска. Я испытал потрясение. Отверстия для глаз и рта в маске казались пустыми, только блестящий зеленый нефрит сиял отраженным огнем. Я едва мог разглядеть ореол волос над маской, да и вся фигура была едва видна, хотя я все же заметил, как Меррик подняла руку и жестом подозвала нас поближе к себе. – Сюда, – сказала она слегка приглушенным маской голосом. – Вы будете стоять рядом со мной, позади котла и столов. Ты, Луи, – справа, а ты, Дэвид, – слева от меня. И, пока мы не начали, пообещайте, что не станете прерывать меня и постараетесь не вмешиваться в то, что я намерена совершить. Меррик потянула меня за руку и поставила там, где нужно. Даже на близком расстоянии маска внушала мне ужас Мне казалось, что она парит в воздухе перед исчезнувшим лицом Меррик, а возможно, перед ее потерянной душой. Я дотронулся до нее рукой и удостоверился, что маска прочно сидит на голове, накрепко привязанная прочными кожаными ремешками. Луи отступил за спину Меррик и теперь стоял возле железного стола, справа от котла, внимательно всматриваясь в мерцающий свет множества свечей, установленных в стаканах на алтаре, и в жуткие, но прекрасные лица святых. Я занял свое место слева от Меррик. – Как это мы не должны вмешиваться? – спросил я. Вопрос прозвучал крайне неуместно посреди начавшегося действа, отличавшегося возвышенной красотой благодаря гипсовым святым, высоким темным тисовым деревьям, обступившим нас со всех сторон, и низким переплетенным ветвям черных дубов, отрезавшим от нас звезды. – А так, как я сказала, – тихо ответила Меррик. – Вы не должны прерывать меня, что бы ни случилось. Стойте оба за этим столом и не смейте выходить вперед, что бы вы ни увидели или что бы вам ни пригрезилось. – Понятно, – кивнул Луи. – Ты хотела знать одно имя. Имя матери Клодии. Так вот, я абсолютно уверен, что ее звали Агата. – Спасибо, – ответила Меррик и указала жестом перед собой. – Здесь, на этих камнях, появятся призраки, если, конечно, они захотят прийти, но вы не должны подходить к ним, не должны затевать с ними борьбу. Будете делать только то, что я велю. – Понятно, – повторил Луи. – Дэвид, а ты даешь слово? – спокойно спросила Меррик. – Даю, – сухо ответил я. – Дэвид, прекрати мне мешать, – заявила Меррик. |
