— И часто такое случалось?

— Очень редко, — ответила Альвино. — Во время войны весь мир перевернулся, и люди мало интересовались нумизматикой. Экономика Европы лежала в руинах. Так что Фаруку было где развернуться.

Мерсер вмешался в разговор.

— Я понимаю, что это не самая древняя история, но все-таки она имеет отдаленное отношение к вашей работе. Откуда вы так много знаете о тех событиях? Вы недавно прослушали ознакомительную лекцию?

Альвино покраснела.

— Честно говоря, две недели назад мне пришлось специально заниматься этой темой. Я собрала все эти данные по запросу другого лица. — Она указала на папки с материалами по коллекции Фарука.

Чэпмен изобразил свою фирменную улыбку «доверься мне, и ты не пожалеешь».

— Я его знаю, Лори?

Она улыбнулась и пожала плечами.

— Боюсь, тут я ничем не могу помочь. Мой шеф распорядился подготовить эти бумаги для каких-то правительственных чиновников. Но на встречу меня не пригласили, так что я не в курсе, кто приходил.

Майк взъерошил свою густую шевелюру и перешел на серьезный тон. Он решил выжать из Альвино всю возможную информацию.

— Я расследую убийство. Лейтенант говорит, что преступники очень опасны. — Он бросил взгляд на Мерсера. — А мне приходится тратить драгоценное время, выясняя то, что уже давно известно им.

Лори прониклась важностью задачи. Она явно хотела нам помочь.

— Вы думаете, мы говорим об одних и тех же людях?

— Они спрашивали вашего шефа о Фаруке, верно?

— Да.

— Давайте сверим нашу информацию. О каких монетах из его коллекции шла речь?

Майк достал блокнот и пролистал его с таким видом, словно там действительно содержались сведения, которые он хотел сопоставить с ее словами.

— Я собрала много разных данных: о серебряных монетах времен Гражданской войны, о золотых слитках из Сан-Франциско с клеймом 1849 года. Больше всего шефу понравились мои исследования о «двойном орле».

Майк хлопнул блокнотом по колену.

— Черт возьми, Лори, вы нам здорово помогли. Думаю, с Гражданской войной все понятно. Теперь нас интересуют два других вопроса. Вам когда-нибудь приходилось расследовать убийство?

— Нет, что вы, конечно, нет.

Лори была сама серьезность.

— Это самая увлекательная вещь на свете. Поговорим о слитках и о той большой птичке. Я всегда хотел работать с таким напарником, как вы.

— Ладно, — кивнула Альвино.

За десять минут она подробно рассказала нам о происхождении и внешнем виде нескольких раритетов времен Золотой лихорадки, которые Фарук приобрел в свою коллекцию. Они были достаточно интересны и довольно необычны, но слишком многочисленны — и, возможно, чересчур велики, — чтобы оказаться среди вещей Маккуин Рэнсом.

— Вы когда-нибудь слышали о Максе Меле? — спросила Альвино.

Мы покачали головами.

— Мель был торговцем. Кажется, из Техаса. Именно он связался с королем Фаруком и предложил продать ему эту знаменитую двадцатидолларовую монету.

Мы все превратились в слух.

— Мель знал о пристрастии короля к редким и дорогим вещам, — говорила Альвино. — Он не только убедил Фарука в уникальности «двойного орла», но и пообещал, что тот получит разрешение на вывоз.

— Каким образом? — спросила я.

— Как только Фарук заинтересовался монетой, Мель позвонил в министерство финансов. Директор Монетного двора лично отвезла «орла» в Замок.