— Плюс пособничество в организации побега…

— Уже лучше.

— Плюс хранение кокаина. В ее белой сумочке лежала куча пузырьков, за которые Тиффани вполне можно упрятать за решетку.

Я повернулась к мисс Гаттс.

— Будет лучше, если вы подождете дочь внизу, у выхода на Центр-стрит. Судья встретится с ней сегодня вечером и назначит какой-нибудь залог.

— Что значит «вечером»? Сейчас два часа дня. Какой залог? Моя дочь еще ребенок. Вы обязаны пустить меня к ней!

Мерсер попытался перехватить ее молотящие по воздуху руки. Она отскочила назад и со всей силы ударила ногой по двери.

Я решила вслед за Мерсером проявить дипломатичность и шагнула к женщине, но меня остановила вытянутая рука Майка.

— Вы можете очень помочь Тиффани, мэм. Мы нуждаемся в ее сотрудничестве. Она связалась с опасными людьми.

— С кем это?

— С Кевином Бессемером.

— Бесси? Он в тюрьме. К тому же он ей в отцы годится. Что у них может быть общего?

Этта Гаттс недоверчиво зацокала языком, и я предоставила слово Мерсеру, который попытался объяснить, почему у Тиффани возникли неприятности.

— Чушь собачья. Лейтенант сказал, что моя дочурка слишком молода и не может заниматься любовью с тридцатидвухлетним мужиком. Он ее изнасиловал. К тому же у нее нет прав голосовать и пить спиртное. Значит, и в тюрьму ее сажать нельзя.

— Три попадания из четырех — неплохой результат, миссис Гаттс. Вот только в уголовном суде шестнадцатилетних считают взрослыми. Так что лучше делайте, как вам говорят, и постарайтесь серьезно поговорить с Тиффани. Мисс Купер, — указал на меня Майк, — единственный человек, который может помочь вашей дочери.

— Не нужна мне ваша помощь, — огрызнулась женщина и снова пнула дверь. Мерсер попытался схватить ее за локоть, но она вывернулась и завопила еще громче.

— Да успокойтесь вы.

— Не трогайте меня! — заорала она на Мерсера. — А тебе, тощая сучка, теперь житья не будет. Клянусь небом, мы с тобой посчитаемся!

6

— Постарайся во всем видеть светлую сторону, Куп. По крайней мере она лестно отозвалась о твоей фигуре. — Майк швырнул салфетку в мусорную корзину. — Я отнесу эту шубу фотографам, пусть они сделают общий снимок и крупные — монограммы и ярлычка.

— Но сначала проводи Алекс в зал суда, — возразил Мерсер. — Она хочет, чтобы ты посмотрел на двух парней, похожих на правительственных агентов, и выяснил, что это за птицы. Мне туда нельзя, там соберутся присяжные, а я на следующей неделе даю показания.

— Ладно, только пригляди за моей шубой, приятель.

Майк взял мои документы и направился к двери.

Мы с трудом пробрались сквозь толпу будущих присяжных, которые нетерпеливо сгрудились в душном коридоре перед залом суда. Один из судебных приставов заметил нас и открыл дверь.

Через пять минут, ровно в два пятнадцать, в комнату ввели шестьдесят человек. Двенадцать сели на скамью присяжных, остальные заняли соседние места.

Парочка в темных очках уже торчала в заднем ряду.

Мы с Майком двинулись в конец зала, чтобы как следует их рассмотреть. Когда мы проходили мимо, Майк взглянул на них и расплылся в улыбке, словно увидел старого знакомого.

— Эй, привет! Рад тебя видеть. Я Майк Чэпмен. — Он протянул руку парню, который сидел дальше от прохода, и тот пожал ее, не сказав ни слова. — Бар «Шихан», помнишь? Я тебя там видел в начале лета. Ты угощал всех выпивкой.