— Зачем вовлекать артиллерию? Куп говорила, что вы и сами спец в юриспруденции. — Он улыбнулся. — Сэкономьте администрации немного денег. Час Фелдмана стоит бешеных бабок.

— Вполне возможно столкновение интересов между колледжем и отдельными сотрудниками, с которыми вы будете беседовать. Я уверена, мы сможем уговорить его сделать это ради общественного блага. Джастин — выпускник Колумбийского университета: колледж и юридический факультет.

— Ля-ля-ля-ля…

— Это неверное…

— Я знаю, мисс Фут. Но единственные студенческие песни, которые мне известны, — это она и «Будь верен своей школе». — Он пропел несколько тактов из «Бич Бойз». Фут открыла свой портфельчик, надела очки, и Майк приготовил блокнот.

— Давайте посмотрим, насколько далеко мы сможем продвинуться без помощи адвоката, Сильвия. Хорошо? — Я постаралась направить разговор в нужное русло с самого начала. — Будьте добры, расскажите нам о ваших беспокойствах, а потом мы зададим вам интересующие нас вопросы.

Она глянула через плечо, словно Паоло Рекантати мог появиться в любой момент.

— Я не считаю своей обязанностью рассказывать вам, что происходит с пропадающими из колледжа субсидиями, но главный ведь Рекантати. А он просил меня быть с вами откровенной по этому поводу.

Фут копалась в бумагах, ошибочно предположив, что именно из-за этого исполняющий обязанности ректора так разволновался и выскочил отсюда как ошпаренный.

— Он в этом не виноват, Алекс. Уверяю вас. Мы пытались сами во всем разобраться. Федеральное расследование началось весной. Почему пропавшая с кафедры антропологии наличность имеет отношение к смерти Лолы Дакоты, вне моего разумения, но сегодня утром я пришла к вам подготовленной.

15

Мы с Майком думали про обувные коробки Лолы. Ни Шрив, ни Рекантати не упоминали о финансовых нарушениях в колледже. Возможно, это как-то связано с наличностью у нее дома.

— Кто-нибудь из вас слышал о докторе Лэвери? Клоде Лэвери?

Мы молчали.

— Он считался новатором в антропологии. Мы переманили его из Джон Джея. — Джон Джей — нью-йоркский колледж криминалистики. — Руководство убедило меня, что для нас это большая удача. Специализацией Лэвери было употребление наркотиков в городских условиях. — Сильвия Фут вытащила из портфеля несколько вырезок. На одной — обложке журнала для выпускников колледжа Джона Джея, вышедшего несколько лет назад, — была фотография Лэвери в дашики и анонс статьи о его работе в центре города. Доктор носил дреды и свалявшуюся бороду, а в руке держал трубку с крэком.

— В этом году я оказываю содействие иезуитам. Этот парень сможет подобраться к такому иезуитскому колледжу, как Фордхэм, не ближе служебного входа.

Фут прищурилась и оглядела Майка гораздо пристальнее. Если она думала, что он выходит за все рамки политкорректности, она еще ничего не слышала.

— Вместе с доктором Лэвери в Королевский колледж пришел грант на три миллиона долларов — любезность Национального института наркомании, филиала министерства здравоохранения. Признаться, он заинтересовал нас больше, чем резюме доктора. Первая проблема, с которой мы столкнулись, был а связана с его назначением. Кафедрой антропологии руководил Уинстон Шрив, и, откровенно говоря, он не хотел иметь ничего общего с исследованиями Лэвери. Шрив — приверженец классицизма. У него небогатый опыт работы с современной городской культурой, и уж точно не с этим ее аспектом. Он хотел, чтобы мы определили Лэвери в естественные науки или социологию.