Лоренсу едва удалось успокоиться. В прошлый раз она, правда, не думала о смерти, но тоже была весьма подавлена.

— Ты не ответил на мой вопрос.

— Не знаю, дорогая. Я никогда не думал об этом.

— Я хотела бы, чтобы ты женился. Я хочу, чтобы ты был счастлив, дорогой, понимаешь?

— Я счастлив с тобой.

— О Лоренс, я сейчас расплачусь.

— Пип, дорогая, — тихо сказал он, — а ты не думаешь, что беременна?

Она засмеялась сквозь слезы.

— Нет. У меня сейчас менструация.

— Может, из-за этого у тебя такое плохое настроение? — предположил он.

— Возможно, — неуверенно ответила она. Лоренс запаниковал. Она явно что-то скрывает от него, но если Пиппа была у врача, и у нее обнаружили что-нибудь серьезное, она не стала бы говорить об этом по телефону.

— Я возвращаюсь домой, — сказал он. — Ближайшим рейсом…

— Нет, не делай этого. Извини, что я тебя испугала. Со мной все в порядке, я просто глупо веду себя.

— И все же я возвращаюсь…

— Нет, Лоренс, прошу тебя. Со мной все в порядке. К тому же завтра я улетаю в Италию. Лучше расскажи мне о своих делах.

С трудом соображая, Лоренс рассказал ей о звонке Коэна. Хотя Пиппа явно обрадовалась за него, и голос ее зазвучал почти обычно, беспокойство не покинуло Лоренса.

— Ты в самом деле не хочешь, чтобы я вернулся? — спросил он.

— Да, я же сказала тебе, что улетаю завтра в Италию.

— А когда мы оба вернемся, как насчет уик-энда?

— С Томом или без Тома?

— Как захочешь.

Пиппа засмеялась.

— Том всегда хочет быть со своим папочкой, — сказала она.

ГЛАВА 9

— Ты что-то темнишь! — воскликнула Элен, когда Кирстен позвонила ей. — Ты же говорила, что Дзаккео будет в Риме?

— Он вернулся, — невозмутимо ответила Кирстен, но Элен поняла, что она улыбается.

— Не дурачь меня! — рассмеялась Элен. — И чем же вы теперь занимаетесь? Нет, можешь не рассказывать. Я и так все знаю.

— Что ты имеешь в виду? Он только что взял трубку, так что не надо…

— Кирстен! В сегодняшнем номере грязной газетенки Кемпбела целый разворот занят фотографиями, где ты абсолютно голая выделываешь кульбиты в бассейне, а Дзаккео любуется тобой.

— Что? — У Кирстен перехватило дыхание. — Как, черт возьми?.. Кто сказал ему, что я здесь?

— Понятия не имею, — ответила Элен, отыскивая взглядом пепельницу, — но он как-то узнал. Имей в виду, кроме фигового листочка, прикрывающего стратегическое место из уважения к цензуре, все остальное — как на ладони. Но выглядишь ты потрясающе!

— Не могу поверить! — воскликнула Кирстен. — Ведь предполагалось, что никто не узнает, где я. А что он написал?

— Ничего хорошего. Тебе правда хочется знать?

— Нет! Боже, кто же сказал ему, где я? Вот что я хотела бы узнать!

— Может быть, Джейн? — предположила Элен, затягиваясь и поглядывая из окна своей квартиры на оживленную Кроуч-Энд-Хай-стрит.

— Не говори глупостей, — оборвала ее Кирстен.

— Но она знает об этом. Так что, если ни ты, ни Дзаккео не звонили Кемпбелу…

— Очень весело, — возмутилась Кирстен.