— Не знаю. Может, мне просто захотелось поговорить.

Он едва сдержал смех.

— Со мной? Мне казалось, что ты меньше всего…

— Мне тоже так казалось.

Кемпбел поднялся, сунул руки в карманы брюк и подошел к камину. Он не понимал, что происходит. Может, в сгущающихся сумерках незаметно презрение, которое всегда выражали ее глаза? Должно быть, он слишком много выпил, если ему почудилась нежность в ее голосе. Но одно Кемпбел знал твердо: он вторгся на чужую территорию, причем не только в буквальном смысле.

— Это случилось на вечеринке, — сказала она.

Он взглянул на нее, и ему показалось, что пол, как палуба, заходил у него под ногами. В ее обычно дерзких глазах было смятение, а на лице, всегда бесстрастном, отразилось чувство, которое он пока не мог определить.

— На вечеринке у Макалистеров, — продолжала она. — Ты что-то такое сделал… или сказал, не помню. Но это не оставило меня равнодушной.

— В каком смысле? — глухо спросил он.

Она долго смотрела на него молча, потом откинула голову и закрыла глаза.

— О Господи, сама не знаю, что говорю.

— Но ведь мы с тех пор виделись? — заметил он.

— Да.

— Послушай, Элен, ты должна знать… Я хочу сказать, тебе должно быть понятно… — Он замолчал и уставился в холодный камин.

— Что должно быть мне понятно? — спросила она, не открывая глаз.

— Ничего, — прошептал он. Разве он мог сказать ей? А вдруг он неправильно ее понял? Ведь раньше она не выносила его, просто корчилась, когда он находился рядом.

Когда Элен нарушила молчание, уже совсем стемнело, и комнату освещал лишь тусклый свет уличного фонаря.

— Поговори со мной, Дэрмот, — сказала она. — Расскажи мне, что ты на самом деле чувствуешь к Кирстен?

Он медленно сел на диван.

— Элен, — начал он, — я так запутался, что сейчас сам не знаю, что испытываю к чему бы то ни было.

Элен улыбнулась и перевела глаза на деревенский пейзаж, висевший над инкрустированным деревянным шкафчиком.

— Однажды Кирстен переспала с одним человеком, чтобы он дал мне работу, — сказала она. — Вот какая она подруга! — Элен посмотрела ему в глаза. — А я пересплю с тобой, Дэрмот, чтобы ты отцепился от нее.

Он потер рукой небритый подбородок и судорожно сглотнул.

— Я не хочу этого.

У Элен екнуло сердце. Ведь это был только предлог.

— Почему? Не потому ли, что ты предпочел бы переспать с ней?

Он посмотрел на нее и печально улыбнулся.

— Нет. Потому что из этого ничего не выйдет. Тебе ведь хорошо известно, что не я затеял эту месть.

— Тебя беспокоит, что она все еще любит Лоренса?

— Если это так, то что она делает у Дзаккео?

Элен рассмеялась.

— Думаю, ты знаешь: ищет новую возможность подобраться к Лоренсу.

— У Лоренса крепкая семья. Ей не удастся вернуть его.

Элен пожала плечами.

— Тебе виднее. Может, ты прав, она его не вернет. Но неужели ты думаешь, что у тебя есть шанс?

— Я не хочу ее, Элен.

Она поднялась, включила лампу и задернула шторы.

— Так кого же ты хочешь? — спросила она, встав у него за спиной.

— Ты знаешь, что тебя, — выдавил Кемпбел.

— Но ты только что сказал…

— Я не хочу получить тебя на таких условиях, — с отчаянием отозвался он.