Всевозможные сладости, печенье и деликатесы,

продаваемые на Эспланаде в Авенте на Альфаноре.

Кофе из зерен деревьев, выращенных

в высокогорных долинах Крокиноля,

омываемых яркими лучами солнца

и частыми живительными дождями.

Приготовляется мгновенно в особых

фарфоровых кофейниках и подается

вместе с рюмкой маскаренского рома,

как у Толстяка Хэннаха в космопорте «Копас».

Трапеза дополняется пятью изысканнейшими

сортами вина, каждый из которых подается

только к соответствующему блюду.

Цена в тридцать севов автоматически поместила такую трапезу к числу предметов роскоши. Ну а почему бы и нет? — спросил Герсен у самого себя и повернулся к официанту.

— Можете подавать эту самую «Гранд-Трапезу».

— Сию же минуту, сударь.

Все блюда были прекрасно приготовлены, умело оформлены и эффективно поданы. Не исключено, что они на самом деле были из указанных в меню продуктов, так, во всяком случае, показалось Герсену, которому довелось обедать во многих из перечисленных в меню дальних углов Ойкумены и не раз и не два пропускать рюмочку рома у Толстяка Хэннаха на Копасе. Клиентура, — это не ускользнуло от внимания Герсена, — по меньшей мере, наполовину состояла из метленцев. Что, если вдруг сюда случайно забредет Жердин Ченсет? Как ему поступить в этом случае? Этого он и сам толком не знал.

Выйдя из ресторана, он решил прогуляться по главному проспекту Твониша — обсаженному стройными рядами деревьев бульвару под скромным названием Аллея, — который, плавно обогнув Парк Отдохновения, переходил затем в дорогу, уходящую вглубь Ллаларкно.

Кроме такси, на улицах почти не видно было никакого другого транспорта. Метленское решение проблемы городского транспорта было чрезвычайно простым: получение водительских прав стоило очень дорого, а дороги сооружались только в самой непосредственной близости к Твонишу.

Повинуясь какому-то безотчетному импульсу, Герсен остановил такси — небольшой экипаж на надувных шинах с отделением для пассажиров впереди и возвышавшейся над ним кабиной водителя сзади.

— Слушаю, сударь?

— Ллаларкно, — произнес Герсен. — Провезите по любому маршруту по своему усмотрению и возвращайтесь сюда же.

— Вы не имеете в виду какой-то определенный адрес, сударь?

— Совершенно верно. Просто хочется хоть разок взглянуть, что из себя представляет Ллаларкно.

— Гм. Пожалуй, сейчас можно, поскольку уже темно. Метленцы, вы, возможно, этого не знаете, так как, наверное, первый день в Твонише, очень ревниво оберегают свой покой. При виде забредшего в Ллаларкно огромного автобуса, наполненного туристами, они бы пришли в неописуемое бешенство.

— Поскольку я не вижу в этом нарушения законов, весь риск я беру на себя.

— Как вам угодно, сударь.

Герсен занял место в пассажирском отделении.

— Может быть, вы все-таки пожелали бы посетить какое-нибудь особенное место? — поинтересовался водитель.

— Вам известно местожительство Адарио Ченсета?

— Разумеется, сударь. Особняк Ченсета называется Олденвуд.

— Когда будем проезжать мимо Олденвуда, покажите мне его.

— Хорошо, сударь.

Такси покатилось по Аллее, обогнуло Парк Отдохновения и начало взбираться по пологому склону, ведущему в Ллаларкно. Густые ветви деревьев вскоре совсем закрыли огни Твониша. Герсен почти сразу же ощутил себя в совершенно новом окружении.

Дорога теперь шла среди буйной растительности, то и дело огибая тот или иной метленский дом. Герсен, исходя из собственной оценки богатства Ченсета и его положения среди метленцев ожидал увидеть здесь повсюду великолепие и показную роскошь, однако к немалому своему удивлению обнаружил, в основном, только хаотически разбросанные старинные особняки, построенные несомненно с одной-единственной целью — создать максимум удобства тем, кто в них поселится.