— Почему же. — Валерий снова пожал плечами. — Юбку купим, нужно же в чем-то в школу ходить. А вот остальное… Остальное заслужить надо.

Дух противоречия проснулся в душе маленькой Виктории.

— Я не хочу заслуживать! — заявила она.

Он пожал плечами в третий раз:

— Не надо. Никто не заставляет. Твой выбор, Вика.

— Тогда мне ничего не надо! Ни юбки, ни вообще ничего.

Девочка засопела, раздув ноздри.

Отец равнодушно посмотрел на нее:

— Как хочешь.

Виктория швырнула вилку, вскочила и выбежала из кухни.

Валерий повернулся к Валерии:

— Верни ее.

— Почему не сам? — нахмурилась она.

— Так будет психологически верно, — пояснил он. — Это покажет Вике, что мы заодно, что у нас команда, а против команды не попрешь.

— Почему же тогда ты меня вчера не поддержал? Когда я настаивала, чтобы Вика вовремя отправилась спать?

— Еще до того я пообещал ей, что она сможет лечь на полчаса позже.

— Выходит, твое слово важнее моего? — прищурилась Валерия.

Борода Валерия задвигалась вместе с крошками, когда он ответил:

— Конечно. Глава семейства — отец. — Последнее слово всегда за ним. И первое.

— Почему это?

— Что почему?

— Почему ты считаешь себя главнее?

Валерий усмехнулся:

— Кто в нашей семье добытчик? Не я?

— Я тоже зарабатываю! — запальчиво воскликнула Валерия.

— Ой, я тебя умоляю. Сколько ты там зарабатываешь в больнице своей. — Он наконец воспользовался салфеткой, вытерев сначала руки, а потом уже рот. — Зови Вику. Пусть вернется на место и доест все, что бросила.

— Сам зови!

Валерия встала и принялась собирать посуду со стола. Ей вдруг вспомнилось, как ночью Валерий потребовал от нее сделать то, что она не очень-то любила делать. Причем слово подобрал какое-то обидное. Исполни. Ласково попросил, не требовал, но все равно как-то неприятно. И чувство унижения осталось. Интересно, кто ему там в клубе исполняет?

Валерия раздраженно загремела посудой, засовывая тарелки в посудомоечную машину.

— Ты оглохла? — спросил Валерий.

Он не повысил голоса, но тон изменился. Поджав губы, Валерия не ответила.

— Хорошо, — произнес он. — Я понял. Ты не желаешь со мной разговаривать. Что ж, это твой выбор. Поиграем в молчанку.

Он встал. Валерии захотелось причинить ему боль, и она знала, как это сделать.

— Ты всегда во что-нибудь играешь, — обронила она. — Игрок.

— Что? Что ты сказала?

Валерий схватил ее за предплечье и повернул к себе.

— Что слышал!

Она вырвалась и снова отвернулась.

— Ты мне до конца жизни будешь теперь напоминать? — прошипел Валерий.

Валерия подумала, что не следовало колоть его так сильно. Впереди выходные, а квартира во время размолвок становится такой большой и неуютной.

— Ты сам собрался играть в молчанку, — произнесла она с упреком. — Не я.

— Не крути! — Он опять заставил ее стать к нему лицом. — Ты намекала!

— На что? — спросила Виктория, вернувшаяся в кухню уже полностью одетая и с рюкзаком за спиной.

Понятное дело, она даже не догадывалась о том, что одно время ее любимый папа был азартным карточным игроком и просаживал целые состояния в казино и подпольных клубах.