Дункан, наконец, почувствовал волчий дух. Он продолжал наблюдать за миром, но впервые осознавал все действия в волчьей шкуре.

На радостях он не сразу спохватился. Лишь когда волк метеором метнулся в спальню бокора и его зубы перекусили шею колдуна вуду, он принялся действовать, мысленно сожалея, что не сам прикончил мерзавца.

Волк всё сделал, как и положено хищнику: тихо, быстро и молниеносно. Колдун вуду даже не успел проснуться и понять, что отправило его на тот свет.

Зрелище не из приятных, но Хоггарт за время службы в Африке повидал много всякого нехорошего, да и занят был, чтобы любоваться кровавой вакханалией.

Волк на одной жертве не остановился. Второй с перегрызенной глоткой захлебнулась в своей крови визжащая подобно пожарной сирене жена бокора. Крики стихли, прекратив терзать чуткие волчьи уши.

Дункан со всем старанием пытался связаться с волком. Лишь после того, как хищник убил своих жертв, тот с изумлением откликнулся на зов человека.

— Мы с тобой одной крови: ты и я, — не нашел лучшей фразы Хоггарт.

Впрочем, волку плевать на слова. Он улавливал эмоции и мыслеобразы.

Хоггарт и волк оказались в лесу. Это был не настоящий лес, а лишь его образ. Поскольку сознанию человека и животного удобнее общаться в «реальности», их коллективное бессознательное придумало такое место встречи. Напряжённый волк стоял напротив человека

— Мы живём в одном теле, друг, — миролюбиво продолжил Дункан. — Но я пользуюсь им гораздо больше тебя, парень. Давай объединимся и всегда будем вместе. После этого ты будешь наслаждаться окружающим миром всегда, а не три дня в месяц.

Если бы волк сразу согласился — было бы идеально, но вместо этого он оскалился и бросился на человека.

К чему-то подобному Дункан был готов. Он увернулся от кинжальных клыков и нанёс сокрушительный удар по носу волка. Между человеком и зверем завязалась схватка не на жизнь, а на смерть. Если бы бой происходил в реальности, Дункан истек бы кровью от многочисленных укусов, но тут и сейчас происходило сражение душ. И в этой битве главной была воля. Чья воля возьмёт верх — тот и будет главным.

Хоггарту не улыбалось быть на вторых ролях и всю жизнь провести в волчьей шкуре, оттого он сражался с полной отдачей. Железобетонная воля и упорство оказались на его стороне. Со множеством ран он увернулся от очередного наскока волка, вскочил ему на круп, обхватил за шею и принялся сворачивать её. Он напрягал все свои силы. Волк щёлкал пастью и извивался, катался по земле, но не мог сбросить человека. На случайные укусы Дункан не обращал внимания. Он почти свернул шею животному, но в последний момент волк завизжал подобно домашней пугливой собачонке и прекратил сопротивляться.

Дункан почувствовал, как волк растворяется и будто проваливается внутрь него. Вместе с этим заживали все раны, полученные во время сражения. А через несколько мгновений он почувствовал своё тело. Своё волчье тело, которое ощущалось как родное. У него получилось!

***

Шон спокойно смотрел телевизор. Внезапно его размеренная жизнь была нарушена громким и настойчивым стуком в дверь.

— Кто припёрся? — ворча, он направился к двери. — Дункан?! — уголки его губ невольно приподнялись. — Вот уж неожиданность! Ты бы хоть позвонил, предупредил о возвращении, я бы приготовился.

Дункан подобно бронепоезду ворвался в дом. Шон едва успел освободить проход. За ним чинно и горделиво прошествовал чёрный кот. Кошкотун принялся по-хозяйски неспешно осматривать и обнюхивать помещение, но Уолшу было не до него.

— Полегче, Мак! Я тоже рад тебя видеть, но ты мог меня сбить с ног.

— К чёрту вежливость — дай пожрать! — от Хоггарта полыхнуло раздражением.

— Кухня в твоем полном распоряжении, друг.