— Успокойся, Мак, — положил ему руку на плечо Шон. — Этот мудила выдал Сивого. Он нам больше не нужен.

— А если этот бледный банан предупредит своих корешей?! — недобро прищурился Хоггарт.

— Нет-нет, что вы, джентльмены, — едва стоял на вялых ногах Люциус, успевший сто раз пожалеть о неосторожно вырвавшихся словах.

— Если сдаст — мы вернёмся и выпотрошим его, — спокойно заметил Уолш.

Дункан для успокоения сделал дыхательную гимнастику. На десятом глубоком выдохе он успокоился. Для Люциуса это выглядело так, словно «аврор» яростно раздувал ноздри. Малфой прикрыл глаза и мысленно простился с жизнью, отчего для него слова Хоггарта прозвучали неожиданно, словно гром среди ясного неба:

— Ты прав, друг… Моль бледная — скрылся с глаз моих!

— Э-э-э?! — Малфой приоткрыл глаза, подспудно ожидая наставленных на него волшебных палочек, но ничего такого не обнаружил.

— Пшёл вон!

— Я?! — опешил Люциус.

— Нет — банан жаренный! Я тебе щас вмажу.

— Ну… — медленно попятился Малфой. — Я пошёл?

Шон не выдержал и отвесил белокурому Пожирателю пинка под зад, чем придал ему реактивного ускорения. Люциус бежал в сторону своего дома со скоростью напуганного зайца.

Дункан приложил правую ладонь к надбровьям.

— Низко пошёл — к дождю…

— Англичане… — закатил глаза Жан. — Мне вас не понять…

Шон даже на мгновение не мог допустить мысли, что его будут сравнивать с англичанином, поэтому с самонадеянным видом, будто не про него, выдал:

— Я и говорю — фокайл сасанах!

***

Парни свернули походный лагерь и вернулись в кемпинг в Солсбери. Расположившись в беседке на территории кемпинга, они распечатали бутылочку домашнего бренди из запасов Шона и принялись за обсуждение.

— И как нам добраться до Сивого, если там полно Пожирателей? — с потерянным видом вопросил Жан.

— Для начала, Пожиратели там ненастоящие, — Дункан понюхал жидкость в рюмке, убеждаясь, что бренди качественный. — Толпа уголовников, которых подобно цементному раствору объединял лишь Тот-Кого-Нельзя-Называть. Этого урода мы замочили, так что считайте, что там просто толпа беглых зеков и оборотней, которым нет смысла воевать за идеалы Пожирателей, не считая заимперенных.

— Твоими устами, да пиво пить, — хмыкнул Шон. — На секундочку — это толпа волшебников-уголовников и волшебников-оборотней! А из нас троих лишь один волшебник.

Дункан поднял рюмку:

— Ни банана, ни кожуры! — выпив бренди, он занюхал рукавом рубашки и продолжил: — Снайперская винтовка решает все проблемы.

— Нет! — резко возразил Жан. — Я хочу лично убить Сивого! Это моё право на месть!

— Мудила! — тихо, почти неслышно, пробормотал Уолш.

Дункан прочитал одно из любимых слов друга по губам, и был мысленно с ним согласен. Ему не нравилось всё усложнять. Если проблема решается просто — ненужно плодить лишних сущностей. Но и Жана он мог понять.

— Что? — не расслышал Жан.

— Я говорю, — недобро посмотрел на него Шон, — плохо, что ты не умеешь стрелять.