— Я запрещаю это! — заявила она, и в модальности Приказа звучали раскаты грома.

Кестра заметила искры в ауре а-тоделма и поспешила предвосхитить ответ, который причинил бы боль всем присутствующим.

— Прошу меня простить, — твердо сказала она Петрелле, — но мне ясно, что вы не сумели понять ситуацию полностью. Я не говорю о милых подписях на контрактах и официальном объявлении в газете. Я говорю о поддающемся проверке физическом факте, который никоим образом не поддается вашим приказам.

— Спутники жизни? — бросила Петрелла с полным боли презрением. — И скажите на милость, кто из них волшебник?

— Ну, мой дедуля — он был водяной ведун, — проговорила высокая леди необычным напевным голосом, и ее ауру осветили отблески смеха.

Целительница нахмурилась, пытаясь понять смысл ее заявления, пытаясь найти какое-то сходство с земным, но не находя точного…

— Водяной ведун, — проговорил Глава Корвала в модальности разговора двух взрослых, — это тот, кто обладает способностью обнаруживать воду под землей, не пользуясь приборами. — Он бросил быстрый взгляд на земную леди. — Правильно?

Она качнула головой вверх-вниз — что было земным согласием.

— А еще он мог находить вещи, — добавила она на вполне понятном лиадийском, хоть и с некоторым акцентом. — Потерявшихся овец. Пару раз — драгоценности. Заблудившегося ребенка. Но в основном он занимался водой. — Она пожала плечами. — Если верить рассказам на Новом Дублине, то все предки были… мы их называем «отмеченными даром». Это делает фамильное древо весьма колоритным.

— Значит, вы сами — волшебница?

Голос Петреллы оставался резким.

Земная леди покачала головой:

— Нет, профессор лингвистики.

— Ты точно знаешь, когда ребенок проснулся, — негромко произнес стоявший рядом с ней а-тоделм. — Ты чувствуешь, когда у меня проблемы. Я услышал, как ты звала меня — за много миль от тебя. И я смог пойти на твой зов.

— А в то же время оба не являются драмлизами, — твердо заявила мастер-Целитель. — Я помню, как а-тоделма в детстве проверяли в Гильдии Целителей. Мы проверяли его дважды, потому что он ведь принадлежит к Клану Корвал.

Она повела плечами и поймала на себе пристальный взгляд Главы Клана.

— Простое тесто без изюминки, ваш а-тоделм. Вы сами… у вас есть нечто, милорд. Если нам когда-нибудь удастся это определить, я вам сообщу.

Он наклонил свою темноволосую голову.

— Вы очень любезны.

— Вот вы — опасны. Но не будем драматизировать. Именно этого от Корвала и следует ожидать.

Она снова перевела взгляд на Петреллу.

— Они оба не претендуют на владение волшебством, Тоделм. Подозреваю, что единственный талант, которым оба владеют, — это способность узнать друг друга и соединиться. Эта работа шла как должно — увы, преодолевая препятствия, создаваемые обычаями, меланти и родней. Ее нельзя ни остановить, ни уничтожить.

Она подняла открытые ладони.

— Вы говорите о том, чтобы облечь а-тоделма забвением, чтобы отправить леди прочь. Говорить о таком можно, только не имея должной информации. Даже если между ними окажется вся галактика, они все равно найдут друг друга. Они — спутники жизни, Тоделм. Если ваша гордость не может смириться, вы должны распорядиться, чтобы леди была убита. И ребенок тоже. Тогда а-тоделм будет от нее освобожден.

— Однако история говорит нам о том, что леди мастер-волшебника Рула Тайазана жила в нем после гибели своего тела, — заметил Глава Корвала из дальней части комнаты.

Кестра поклонилась, чтобы скрыть улыбку.