— Сюда, Борн! — позвали его.

Он обернулся и увидел, что на сломанной ветке Колонны стоит Ридер, наклоняется вниз на пределе возможностей и машет ему топором, сверкающим как молния в зеленоватом свете. Через несколько минут вся группа собралась на сломанной ветке шириной в несколько метров.

Фуркоты собрались отдельно, сидели в стороне молча и ждали, что предпримут люди.

— Это точно демон, и он спит, — начал один из близнецов. Это был Толтри.

— Я думаю, что это не демон, — твердо возразил Борн. — Мне кажется, это вещь, предмет, который сделан, — он кивнул в сторону Ридера, — как топор.

Это святотатственное мнение Борна было встречено гулом возбужденных голосов. Ридер поднял руку, призывая к тишине.

— Люди, громкие крики здесь неуместны. Это может привлечь демонов Верхнего Ада, и они устремятся сюда через дыру, которую проделал демон, больший, чем они. Мы обсудим это дело, но я приказываю вам делать это тихо. — Разговоры и споры продолжались, но только шепотом.

— А теперь, Борн, — продолжал Ридер, — скажи, почему ты так уверен, что то, что лежит внизу, не демон, а предмет, сделанный наподобие топора?

— Он очень похож на топор, — ответил Борн. — Посмотрите на его прямоугольные очертания, на то, как он отражает свет.

— А разве демон не способен на такое же? Разве шкура орбиоля не отражает свет? Ты не ошибаешься, Борн?

Борн поймал себя на том, что отводит глаза.

— Шаман, нет другого способа выяснить это, как только, — он посмотрел на старшего, — как только спуститься и посмотреть самим.

— А вдруг это демон? — громко спросил Дрон. — Вдруг он спит и мы разбудим его? — Охотник поднялся с корточек, крепко держа в руках свое духовое ружье. — Нет, друг Борн, я уважаю твою догадливость и почитаю твое мастерство, но я не пойду с тобой. У меня дома жена и двое детей, и я не готов к тому, чтобы стучать по черепу демона и спрашивать, кто там есть. Нет, только не я. — Он помолчал, подумал. — Но я прислушаюсь к тому, что скажет шаман и мои братья.

— Так что скажут охотники? — спросил Ридер.

Заговорил второй из близнецов.

— По правде говоря, все может быть так, как думает Борн. Если это сделанная вещь, в которой нет жизни, тогда, как мне кажется, она не может ничем угрожать Дому. Или же это, как говорит Дрон, спящий демон, который только и ждет, когда какой-нибудь неосторожный человек наткнется на него и разбудит. Если мы оставим его в покое, он может спать до конца своих дней или мирно уйти своей дорогой. Что до меня, то я думаю, что это какой-то новый демон, который упал из Верхнего Ада и поранился. Нам надо уйти и не тревожить его, и пусть он умрет в спокойствии, а то в ярости он может уничтожить нас.

Поднялись Тэйлинг и Толтри и высказали свое мнение. Иногда получалось так, что один из близнецов начинал предложение, а другой его заканчивал. При этом они даже не смотрели друг на друга, что было и неудивительно. Разве в лесу одна ветка советовалась с другой, когда нужно распускать листья? Некоторые считали, что близнецы были ближе к лесу, чем к человеку.

— Что бы это ни было, шаман, — заключил Толтри, — нам кажется, что мы ничего не теряем, если оставим его в покое, и даже выиграем, если спокойно вернемся в Дом по той же дороге, какой пришли сюда.

— Неужели вам всем все равно? — открыто спросил Борн. — Неужели вам неинтересно? А вдруг это добрый демон?

— Никогда не слышал о добрых демонах, а интересуюсь я только тем, как выжить, — ответил Дрон.