Алли держала свою жажду плоти за семью печатями, она была уверена, что сможет совладать с нею… Но тут пошёл дождь.

В своей земной жизни Алли всегда любила дождь. Когда другие тепло кутались и раскрывали зонтики, она наслаждалась чудесным ощущением дождевых капель на лице, на волосах… Мама всегда твердила ей: «Вот простудишься и умрёшь!». Маме и в голову не приходило, что смерть придёт к её дочери совсем в другом обличье.

Но дождь в Междумире — это совсем другое дело. Он льёт не на тебя, а прямо сквозь тебя, щекочет внутренности — так и хочется почесаться, а не можешь. Противное ощущение, к которому Алли никак не могла привыкнуть.

Лёгкая изморось превратилась в нормальный дождь, а тот перешёл в ливень. «Я хочу чувствовать воду на коже, а не под ней!» — в тоске думала Алли. Ей хотелось вымокнуть так, чтобы единственным средством от простуды смог стать только жарко пылающий камин.

Они с Майки всегда отдавали предпочтение сельским дорогам перед большими шоссе. Сейчас дорога привела их к озеру — здесь она разветвлялась и огибала его с обеих сторон. Ребята на минутку приостановились. Дождь припустил ещё сильней.

— Куда едем? — спросил Майки.

Проверять карты и прокладывать маршрут было обязанностью Алли во время скинджекинга. И хотя она знала, куда им поворачивать, она всё же сказала:

— Не знаю… Надо бы проверить.

Майки досадливо фыркнул — опять скинджекинг?! Но Алли проигнорировала его недовольство и спешилась. Перед ними находилась небольшая лодочная станция, а в нескольких сотнях ярдов — бензоколонка и магазин. Стоит ли упоминать, что у Алли не было ни малейших намерений изучать карты? Она отправилась на скинджекинг по совершенно другим причинам и с совершенно другими целями; торопясь к магазину, она надеялась только на то, что дождь будет лить ещё какое-то время.

В магазине какой-то мужик, весь покрытый татуировками, покупал пиво. Можно было влезть в него, но это — на крайний случай. Кассирша — усталая старушка, у которой наверняка уже все суставы ноют — куда ещё тащить этот божий одуванчик под дождь… Алли уже начала опасаться, что придётся остановить выбор на мистере Наколке, но тут в магазин влетела женщина в жутком дождевике цвета дорожных конусов.

— Промокла, Ванда? — спросила старушка за кассой.

— Нормально, бывало и похуже.

— И не говори.

Алли не имела понятия, что погнало Ванду в этакую погодку в магазин, да ей, если честно, это было безразлично. Ни секунды не колеблясь, она лёгким движением скользнула в женщину.

— крутятся крутятся — и сколько они уже крутятся эти сосиски — долго кажется сейчас слюнками истеку — или ещё что похуже — мне нельзя даже близко подходить к таким вещам нет сэр —

Алли испытала состояние дезориентации, наполненное беспорядочным шумом мыслей Ванды, и врубила ментальный выключатель, пославший сознание женщины в глубокую спячку. Алли мгновенно стало ясно, зачем Ванда пришла в магазин на заправке — она была зверски голодна. Похоже, тушки всё время хотят есть! Алли обожала это ощущение. Теперь, получив полный контроль над своей хозяйкой, она взглянула на хот-доги, крутящиеся на стальных трубках большого гриля. Ну… Ванда же уже думала про эти хот-доги, ведь так?..

— Чиз-дог, пожалуйста, — попросила Алли.

Старушка, казалось, была рада услужить.

— Как там Сэм поживает?

— Ничего, ничего, — ответила Алли и, набравшись наглости, добавила: — Вы же знаете Сэма — от телевизора не оторвёшь.

Старушка рассмеялась:

— Так он теперь пристрастился к телевизору?

— Э… ну да.