— Похоже, мы наконец-то настигли нашу драгоценную Оторву Джил!

— Ты о чём? Какая ещё Джил?!

— Не пытайся выкрутиться, не выйдет! — гаркнул он и встряхнул её за плечи.

Ну что ж, они не единственные, кто может воспользоваться преимуществами живого мяса и костей. Ах, хотите, чтобы кому-то стало больно? Ну так получите! Алли резко дёрнула коленом, врезав «бизнесмену» по самому чувствительному месту. Его холодные глаза выкатились из орбит, зрачки сбежались к переносице, и он со стоном сложился пополам. Когда «заправщик» попытался дотянуться до неё, Алли подхватила шланг, размахнулась и заехала пистолетом по башке нападающего — пистолет попал в челюсть, и парень, взвыв от боли, свалился мешком.

Не теряя времени, Алли «счистилась» с Ванды и вернулась в Междумир. Оба недруга валялись на земле. Девушка видела: скинджекеры внутри «тушек» начали высвобождаться из ворованных тел. Должно быть, они шпионили за ней, когда она впрыгнула в любительницу шоколадных батончиков. Если они наблюдали, как Алли скинджекила девицу, а потом вышла из неё, то им не составило труда незаметно проследить за нею, и как только она влезла в Ванду, они тут же вселились в этих двоих парней.

М-да. Ванде и этим двоим придётся самим разбираться со случившимся. Алли не могла оставаться здесь и ждать, когда на неё снова нападут. Она развернулась и во все лопатки понеслась к лодочной станции, где её ждал Майки.

У того, однако, были свои поводы для волнений.

Как только Алли скрылась из виду, он спрыгнул с лошади и начал практиковаться в превращениях.

Понадобилась минута-другая, чтобы как следует сконцентрироваться — противный дождь отвлекал. Он продолжал эксперименты с правой рукой — направил на неё всё своё внимание и попытался на этот раз отрастить себе шестой палец. Получилось! Дополнительный палец прорезался между большим и указательным и принялся расти. Дорос до размеров мизинца. И продолжал расти дальше. Дорос до размеров указательного пальца, но на этом тоже не остановился. «Да ладно, пусть», — подумал Майки. Надо просто сосредоточиться получше. Он его породил, он его и… Но тут около мизинца начал расти седьмой палец. А прямо из ладони — восьмой.

Похоже, что метаморфить становилось всё легче и легче. Возникла другая проблема: как остановить изменения? Как сделать, чтобы они исчезли?

Теперь новые пальцы проклёвывались сами по себе, словно почки на ветке. Их было уже столько, что не сосчитать. Майки понемногу начал впадать в панику. Он попытался сосредоточиться и обуздать непрошенные пальцы. Пристально, не отрываясь, юноша смотрел на свою кисть и воображал, будто его воля — это мощная волна, безжалостно смывающая ослушников с его руки. Это возымело действие — новые пальцы прекратили появляться, а старые — расти. Он послал новую волевую волну, надеясь, да нет, молясь, чтобы лишние пальцы исчезли, потому что как может он показаться на глаза Алли в таком виде? И пальцы всё-таки начали медленно усыхать!

Майки так сосредоточился на своей задаче, что не заметил исчезновения лошадки.

Шилох, знаменитая ныряющая лошадь, была верным, послушным, почти разумным животным. Существовала только одна вещь, которая могла взять верх над её верностью хозяину: желание исполнить смертельно опасный трюк — нырнуть в воду на потеху толпе. Шилох, можно сказать, была рождена ныряльщиком, прыжок с высоты был смыслом её существования. Она исполняла этот трюк бóльшую часть своей жизни, выступая перед зрителями на Стальном молу в Атлантик-Сити, и продолжала делать то же самое и в Междумире — до того момента, когда Майки МакГилл вскочил ей на спину, чтобы спастись от разъярённой толпы своих бывших пленников.

Стальной мол остался где-то далеко-далеко… Но вот тут, прямо перед Шилох, в озеро протянулся лодочный причал, очень похожий на родной мол.