— Лесть из уст Небесной Ведьмы! Должно быть, тебе от меня что-то очень-очень нужно! — Он тихонько хохотнул, а его подпевалы приняли это за разрешение загоготать во всю глотку.

— Не называй меня так, — с нажимом, но не переходя границ, сказала она. — Меня зовут Мэри, это единственное имя, на которое я отзываюсь.

— Я знаю, как тебя зовут, — сварливо ответил Мопси. — А теперь рассказывай, по какому праву ты вторглась на мою территорию!

— Я считаю, что вопросы особой важности должны обсуждаться с глазу на глаз, — проговорила Мэри.

Гориллы, однако, не двинулись с места, а девица в углу ухмыльнулась — должно быть, ей импонировала дерзость Мэри.

Мопси бросил взгляд на своих солдат.

— Отправьте нас наверх, а сами ждите внизу, — приказал он.

— Да, босс, — послушно откликнулись приспешники.

Босс повернулся к девице в углу.

— Не пойти ли тебе на скинджекинг — узнаешь сегодняшние спортивные результаты.

Вот тут Мэри изумилась. Впервые за всё время Мопси сказал нечто такое, что воистину ошеломило её.

— Да пожалуйста, — сказала девица, встряхнула своими лохмами с застрявшим в них растительным мусором и, не сводя с Мэри глаз, танцующей походкой вышла вслед за «гориллами».

Через несколько секунд колесо пришло в движение, и огромная гондола начала своё плавное восхождение по дуге наверх.

— Ты доверился скинджекеру? — недоумённо проговорила Мэри.

— Почему бы и нет? От неё много пользы, и неважно, что ты там пишешь в своих книжках.

— О, значит, ты читал мои книги?

— Только те, которые смог переварить.

— Было бы неплохо, если бы «переварил» побольше, — заметила Мэри. — В них я делюсь всем, что знаю об этом мире.

— Вообще-то, я тоже много чего знаю.

Мопси встал и подошёл к окну, за которым открывался прекрасный вид. Мэри знала, что «босс» не отличался высоким ростом, но, как оказалось, он был самым настоящим коротышкой — пока толстячок сидел, это было трудно разглядеть.

— Теперь, когда мы одни, ты расскажешь мне, зачем явилась?

Мэри решила не ходить вокруг да около.

— Я предлагаю тебе союз. Ты и я. Равноправное, равноценное партнёрство.

Мопси захохотал.

— Равноправное? Да кто ты и кто я? — Он повёл рукой в сторону окна, за которым расстилались его обширные владения.

— Мне нет нужды смотреть, — возразила Мэри. — Обзор с «Гинденбурга» ничуть не хуже твоего.

— О, думаю, тебе всё же стоит посмотреть.

Тогда Мэри выглянула в окно. Они как раз миновали верхнюю точку колеса и пошли вниз; соседняя гондола оказалась в поле зрения. К ужасу Мэри, она была полна детей — её детей! Все, до последнего — набиты, словно селёдки в бочке! Вот, оказывается, что Мопси имел в виду под «хранением».

— Потрясающе, — заметил Мопси. — Послесветов можно впихнуть в любой объём. Здесь все девяносто три штуки.

У Мэри даже слов не нашлось, чтобы выразить своё отвращение.

— Так что, как видишь, — разглагольствовал Мопси, — у меня все козыри на руках. И ты будешь делать, как я говорю, иначе страдать будут твои детишки.

Мэри подавила дикое желание надавать ему тумаков и заговорила — медленно, так, чтобы у её слов было время просочиться сквозь толстый череп этого подонка:

— Если ты будешь обращаться со мной как с равной, это поднимет тебя на такую высоту, какой ты даже не можешь себе вообразить.