Это и было единственным объяснением тому, почему он слишком поздно почувствовал чье-то тайное присутствие, да и тогда его насторожило движение тени, которое он заметил краем глаза.

Он увернулся вправо, закрутившись волчком, и едва успел пригнуться. Николас почувствовал дуновение ветерка и услышал звук, похожий на назойливое жужжание насекомого. Мимо что-то пролетело. Тихое “с-с-санк” за спиной, чуть левее, помогло определить, откуда бросили сюрикен. Ниндзя! Это означало, что преследуемый Фениксом зверь, этот мухон-нин, который бежал из “Тэнсин Сёдэн Катори-рю”, все еще находился здесь. Стало быть, еще оставался шанс спасти “Тэндзи” от гибели и уберечь его от русских!

Николас повиновался своим инстинктам. Его напряженные мышцы блестели, покрытые капельками воды и пота. Он двинулся на противника, задумав как можно быстрее подобраться вплотную, чтобы свести на нет преимущества сюрикена.

Вертясь и извиваясь, он мчался по лабиринту тоннелей ротэнбуро; он скользил, а порой и полз, все время помня, что нельзя двигаться ритмично. Дважды он слышал совсем рядом жужжание сюрикена и удвоил усилия, поняв по звуку, что его настигают. Положение было аховое и с каждой секундой ухудшалось. Где Сато? Его отсутствие мешало сосредоточиться, а отвлекаться на что-либо во время поединка крайне опасно.

Скользя, Николас обогнул ряд железных шкафчиков, думая только о том, как бы добраться до своего, в котором лежал его дай-катана. И тут его на миг ошеломил ощутимый удар в плечо. Он от души выругал себя, продолжая скользить вперед, делая вид, будто буксует на мокром полу. Огромная тень пронеслась прямо над его головой.

Николас развернулся, вслепую махнув правой рукой. Локоть на что-то наткнулся, а ребро ладони с хрустом обрушилось на чье-то тело. Николас услышал натужное кряхтение и звук тяжелого падения где-то слева. Он изогнулся, вывернув голени, и стал в позу хризантемы, вновь обретя опору и силы, а потом обрушил град ударов на невидимую фигуру, полулежавшую в темноте за шкафчиками.

Николас обрадовался, услышав звуки ударов плоти о плоть, и приступил к серии блокирующих движений. Вдруг он почувствовал удар по голове, над самым ухом, а когда снова вытянул руки, тень исчезла.

Шатаясь, Николас поднялся и лихорадочно напряг все органы чувств. Он инстинктивно вошел в “гёцумэй но мити” и обнаружил дух ниндзя. Тот удалялся от Николаса. Почему же?

Он нашел ответ, и его сердце тревожно сжалось. Испустив клич “киаи!”, от которого сотряслись стены ротэнбуро, Николас стремительно помчался по темным комнатам вдогонку за этим сеятелем ужаса.

Он выбежал в ночь, под беснующийся ливень. Вокруг не было ни души, даже хозяев. “Котэн! — хотелось закричать ему. — Я хочу убить тебя медленно, так, чтобы я мог смотреть тебе в лицо, когда жизнь будет оставлять тебя!”

Он выбежал на стоянку. Две-три машины еще стояли под фонарями. Сато вытер глаза, чтобы более отчетливо разглядеть их. В машинах никого не было. Потом зоркий взгляд Сато остановился на том автомобиле, который они взяли напрокат, чтобы доехать сюда из аэропорта.

Котэн!

Сидит в царственном молчании. Небеса разверзлись, а он совсем сухой. Не задумываясь, Сато бросился к машине, скользя на мокром гудроне и едва не искалечив спину. На миг он затаил дыхание, потом поднялся с колена и со стоном преодолел расстояние, отделявшее его от мокрого автомобиля. На этот раз он и впрямь крикнул:

— Котэн!

Он схватился за хромированную рукоятку и рывком распахнул дверцу. Раздался резкий механический щелчок, похожий на хруст сучка в лесу, и в ночное небо взмыл оранжево-багровый огненный шар. Машина вздулась, распадаясь на горячие искореженные обломки стадией мельчайшие острые осколки стекла. Огонь в мгновение ока поглотил резиновый манекен на переднем сиденье.

Раздался резкий звук, словно выстрел из пушки, а потом черный шлейф густого дыма, маслянистый и извивающийся, взмыл к небесам, где бушевала гроза.