Она кивнула в знак согласия.

— Не произноси ни слова, пока меня не будет, и особенно когда я вернусь.

— А что случилось?

Не говоря ни слова, он сильно ударил ее по лицу. Акико покачнулась и упала на бок. Сайго стоял над ней, расставив ноги, его тело было полностью расслаблено.

— У тебя еще есть желание задавать вопросы? — Он произнес это издевательски грубо, и Акико невольно вздрогнула, но не произнесла ни звука и не сделала ни одного движения.

Сайго невнятным бормотанием выразил удовлетворение и удалился.

Оставшись одна, Акико немедленно впала в синки. Это прежде всего означало держать свой тандэн — часть существа, которую одни сэнсэи называли вторым мозгом, а другие — центром контроля за рефлексами — выключенным. Таким путем она отторгла себя от области, где была жгучая боль. Момент сильной концентрации — и она больше не чувствовала этой боли. Медленно поднялась и направилась к двери, через которую вышел Сайго.

Она ощутила движение его души за мгновение до того, как дурная эманация превратилась в физическое действие. Она легко могла уклониться от удара. Но что хорошего вышло бы из этого? Гнев Сайго сильнее разгорелся бы, и он мог причинить ей еще большее страдание.

Кроме того, она чувствовала, что он был человеком настолько неуверенным в своем чисто мужском естестве, что ему необходимо было физически “давить” на окружающих, как мужчин, так и женщин. Если бы она захотела найти к нему подход, то прежде всего должна была бы позволять его дурным наклонностям проявляться при ней. Только это позволило бы ей выбрать свою собственную стратегию и приручить его.

Сайго отсутствовал несколько часов. За это время свет на небе угас; день догорал как свеча. Было время обедать, и Акико проголодалась. Так как никакой еды не было, она молча вошла в додзё и, открыв свою сумку, переоделась в свою черную “дзи”. Сорок минут она занималась медитацией, добиваясь синки киицу — союза души, разума и тела, что так существенно для достижения вершины всех боевых искусств. Она чувствовала тяжесть вселенной, которая сконцентрировалась у нее в животе. Ситахара.

Она дышала. Вдох: дзицу, полнота. Выдох: кё, пустота. Наноси удар точно в тот момент, когда почувствуешь кё в своем враге, говорил Сунь Сюнь. Наноси удар в тот момент, когда чувствуешь дзицу в себе. Так ты обеспечишь себе победу.

Еще, повторял он ей снова и снова, если ты настолько глупа и эгоистична, что позволяешь себе думать о победе, — ты погибла. Направь свое сознание на сайка тандэн, дыхание пустоты. Из этих изначальных приемов могут быть выведены и сформулированы все стратегии.

Девяносто минут она делала упражнения, увеличивая сложность до тех пор, пока пот не полил с нее ручьями, и отрабатывая быстроту и синхронность, координируя их и контролируя — по три, затем — по шесть, затем — по девять — молниеносные атаки и защиты.

Потом, так как она была еще ученицей и некоторые существенные моменты приходилось обдумывать, а не воспроизводить подсознательно, она вернулась к сайка тандэн.

Достала из сумки длинную полосу плотной хлопчатобумажной ткани — то был единственный подарок от Сунь Сюня, — сложила вдвое и точно рассчитанными движениями обернула вокруг живота так, что верхний край касался нижней части ребер с обеих сторон. Затянула туго; это создавало напряжение. Она старалась дышать как можно глубже. Села, скрестив ноги, тело мягкое и податливое, плечи расправлены и расслаблены, торс сильно наклонен вперед так, что кончик носа почти касается пупка. Сайка тандэн. Она использует каждый вздох.

Она дышала так до тех пор, пока ее острый слух не уловил тихий шорох за металлической дверью. Послышался скрежет висячего замка.

Дзицу, кё. Полнота, пустота. Вдох и выдох. Она услышала, что Сайго входит в додзё, и подняла голову.