Кассандра, которая в это время отбивала кусок говядины, повернулась к собеседнику раскрасневшимся лицом:

— А который сейчас час?

— Четверть восьмого.

— Боже мой, что же могло случиться? — встревожилась девушка. — Когда Наташа подвозит его домой на «ситроене», они бывают дома к шести.

«Да, что-то, наверное, произошло», — со страхом подумал Морис, но вслух сказал шутливо:

— Наверное, они бросили нас и сбежали вдвоем.

Касс так искренне рассмеялась, что у музыканта защемило сердце.

— Точно! Представляете, Наташа будет жить с моим Кевином в какой-нибудь каморке с печкой и готовить ему по утрам яичницу с колбасой? — фыркнула она.

— Нет, что-то не могу вообразить, — отозвался Морис. — Но вы с ним поначалу, наверное, так и жили?

— Да, в Лондоне, когда снимали маленькую квартирку, — кивнула миссис Мартин. — И когда мы только переехали сюда, нам тоже было нелегко. Но, благодаря вашей помощи и трудолюбию Джойс, все устроилось.

— Я не встречал двух других настолько разных женщин, — заметил Куррэн. — Вы ждете от жизни прямо противоположных даров.

Касс сунула противень в духовку и выпрямилась.

— Ну и что, — улыбнулась она. — Ведь именно поэтому Наташа вряд ли сбежит с моим Кевином, правда?

Морис отвернулся, подошел к пианино и попытался утешиться единственным доступным для него способом — музыкой.

Восемь часов, половина девятого — а серого «ситроена» все не было и не было.

К этому времени пианист не на шутку встревожился, а Кассандра начала нервно поглядывать на часы.

— Нет, правда, что могло с ними случиться?

Он посмотрел на нее сквозь тонированные очки.

— А вдруг они попали в аварию? — предположил он.

Лицо Касс побледнело под золотистым загаром.

— Не говорите так!

— Нет, я ляпнул глупость, — торопливо сказал Морис. — Наташа отлично водит машину. Знаете, она однажды даже участвовала в ралли в Монте-Карло. Она настоящий ас.

— Но они должны были приехать уже два часа назад.

— А Кевин ничего не говорил перед отъездом? Может быть, он собирался к кому-нибудь в гости? — гадал музыкант.

— Нет, он, когда уходил, сказал: «Приеду к шести, как всегда», — взволнованно ответила девушка. — Как думаете, может быть, позвонить в больницу и спросить…

— Да, пожалуй, стоит, — кивнул Куррэн.

— Тогда побегу, — сказала Касс и вышла на кухню.

Морис остался в комнате. У него было дурное предчувствие, что дело не в аварии; просто Наташа, хитрая и решительная, ловко устроила все так, чтобы побыть наедине с Кевином. Конечно, это нечестно и некрасиво. Но, с другой стороны, жена ведет себя некрасиво и даже неприлично с тех пор, как они уехали из Парижа. Неприятно знать, что предмет твоего обожания — существо без чести и совести, которое не считается с чувствами других.

В этот момент в комнату вбежала Кассандра, сияя от радости:

— Они вернулись, все в порядке. Я только что слышала, как подъехала машина.

Музыкант взял свою палку и тяжело, медленно двинулся к прихожей.

Они услышали, как заглох двигатель «ситроена». Касс побежала открывать входную дверь.

— О, да тут проливной дождь! — воскликнула она.

Первой в ярко освещенный холл вошла мадам Куррэн.

— Привет, народ, простите за задержку, — легкомысленным тоном произнесла она.