Тот ответил ему широкой улыбкой:

— Ну как же? Мне твоя служанка Эбба об этом рассказала. Если помнишь, в Кенилворте мы с ней подружились и много времени проводили вместе.

— Это покушения тревожат меня. — Ричард нахмурился. — Пожалуй, мне следует поручить защищать свои цвета на ристалище лорду Тревелину.

Луи просиял, как именинник, откинулся на спинку кресла и принялся выбивать пальцами дробь по подлокотнику.

— Я никому не уступлю этой чести, сир, — решительно заявил Стоук.

— Что ж, если ты уверен, что твоей жизни ничто не угрожает, тогда выходи на ристалище, — помолчав, сказал Ричард.

Ларк заметила, что Луи при этом известии нахмурился и взглянул на Стоука весьма недружелюбно.

— Приходи сегодня вечером ко мне в трапезную. Мы посидим за кружкой вина и досконально обсудим это дело, — продолжал Ричард. — Ты очень мне дорог, Стоук, и я не хотел бы тебя потерять. К тому же мы два года не виделись.

— Да, давненько не виделись, государь. Надеюсь, Генрих Французский хорошо с тобой обращался, пока ты находился у него в плену?

— Не так уж хорошо, но куда лучше, чем обращался бы с ним я, окажись он в Англии, — усмехнулся Ричард. — Кстати, о том, что мы давно не виделись. Помнится, ровно два года назад ты обещал выковать для меня меч. Мне, знаешь ли, надоело таскать на боку изделие германских оружейников, которое по всем статьям уступает твоему «Глазу дракона».

— Я был уверен, государь, что, когда тебя взяли в плен, ты забыл и думать об этом.

— Забыть о великолепном оружии, не уступающем твоему собственному? Никогда. Я жду обещанного дара, Стоук, — и в ближайшее время.

— Ты получишь меч, сир.

— Я тоже был бы не прочь получить меч из твоей мастерской. — Луи льстиво улыбнулся.

— К сожалению, я делаю лишь несколько штук в год. Сейчас у меня в кузне остался один меч, уже обещанный моему государю, но больше у меня нет. — Не обращая внимания на гневный взор Луи, Стоук обратился к Ричарду: — Позволь мне, сир, оставить тебя на попечение моего кузена и удалиться. Мне необходимо раздобыть для моей молодой жены наряды. Возможно, ей нравится разгуливать по дворцу в доспехах, но мне это не по душе.

— Понимаю. — Ричард запрокинул голову и расхохотался.

Стоук отвесил королю поклон, взял Ларк за руку и повел ее из королевских покоев. Когда они вышли в коридор, два воина закрыли за ними массивные дверные створки и, вновь обратившись в железные статуи и скрестив копья, замерли у двери.

Ларк попыталась высвободиться:

— Отпусти меня сию же минуту!

— Нет, прежде я задам тебе хорошую трепку. Какого черта ты разыгрывала строптивую жену, да еще в присутствии короля? — Стоук дернул ее за руку, и она, не успев и глазом моргнуть, оказалась в его могучих объятиях.

Их закованные в доспехи тела ударились друг о друга.

В коридоре послышались чьи-то шаги. Ларк и Стоук оглянулись.

Из-за угла появилась Кармия. Увидев молодых людей, сжимающих друг друга в объятиях, она смутилась.

— Прошу прощения. Кажется, я помешала вам.

— Ничего подобного. — Воспользовавшись моментом, Ларк отступила от Стоука.

— Леди Ларк?

— Да, это я.

— Позволь мне перемолвиться с тобой словом. — В голосе Кармии было столько отчаяния и боли, что девушка не посмела отказать ей.

— Хорошо.

— Мои покои в другом крыле замка. Стоит только пересечь двор… Я приглашаю также и тебя, милорд. То, что я хочу сказать, имеет отношение и к тебе.