Обе противоборствующие стороны так увлеклись поисками «Васьи», что последующие события были внезапны, как для меня, так и для моих врагов. Они передавали мобильный телефончик для последующего моего разговора с г-ном Галаевым, как вдруг раздался куражно-мужиковатый голос (без акцента, слава Богу):

— Всем стоять! Руки за голову. Стреляю без предупреждения! Оружие на стол!

Я решил, что участвую в съемках многосерийного телевизионного фильма «Бандитская Москва», однако десницы благоразумно вскинул. Не хотелось, чтобы благородный зорро, не разобравшись в ситуации, пристрелил своего брата по крови.

Поняв, что сука-судьба, наконец, отворачивает от меня свою куцую жопцу, я перевел дыхание:

— Воды бы испить, — вопросил у человека, который всем своим боевым и свободолюбивым видом смахивал на сотрудника бывшего КГБ.

— Пей, — кивнул импортной пушечкой с глушителем. — А вам, хачи, лечь. Упали, я сказал, — приказал двум горным нурекам-чурекам, потерявшим мигом всю свою закавказскую вальяжность и уверенность.

— И отжались, — заливал пищевод живой водицей, коей я поливал кактусы. — Козлы ещё те! — Пнул ногой лежащие туши, взял со стола ТТ, почему-то понюхал. — Мой?

— Твой, — равнодушно пожал плечами мой новый друг.

— А можно попрыгать? — решил наказать порок. — С детства люблю на батуте скакать!

— Прыгай! — усмехнулся спаситель.

Говорят, лежачих бить нехорошо, так я этого и не делал. Разве мы без понятия — с понятием мы, тушинские. А прыжки не считаются — это не больно, это даже полезно, особенно для тех, кто имеет лишний вес.

Потом я решил узнать причину появления столь агрессивных горцев перед моими нетрезвыми очами. И что же мне сообщают? Якобы Аслан-бек, узнав о событиях в Тушино, забеспокоился о здоровье своего друга «Васьи».

— Кокать по голове, квасить морду и глаз рвать, — рассмеялся я, — это, значит, искать друга?

— Пристрели, — посоветовал зорро.

— Не, новых трупов не надо, — занервничал и предложил отпустить врагов наших. — Валите и скажите ослиному Аслану своему, что знать не знаю, где Вася.

Дети гор тут же провалились сквозь землю, и у меня появилась возможность поближе познакомиться с личностью во всех отношениях положительной. Лет «охотнику» было около сорока. В рабочей одежде бойца: джинсы, свободная куртенка, фирменные кроссовки «Adiddas». Атлетичен. Сдержан. Немногословен. Зрачки со свинцовым отсветом.

— Александр Стахов, — представился. — Менхантер.

— Конечно же!? — вскричал я. — «Охотник на людей». Именно таким вас и представлял, — прикладывал мокрое полотенце к кровоточащему затылку. — Мне Мая ваш номер телефона… — И запнулся: — А я вам звонил?.. Нажрался — и звонил?.. Ну, ничего не помню.

— Что не удивительно.

— Да, бьют уж вторые сутки, — признался. — И все по голове.

— Голова — это кость, — пошутил «охотник».

— Моя кость, — заметил я. — Почему-то асланцы злые были? Вы очень вовремя поспели.

— Проезжал мимо, — недобро ухмыльнулся Стахов. — Я всегда стараюсь добросовестно выполнить заказ.

— Понимаю-понимаю, — вскричал. — Ситуация совсем плохая?

— Да, — подтвердил менхантер, — как твоя голова.