И невольно вздохнула.

– Ты устала, Лена? Может, хочешь в постель?

Я вздрогнула.

– Нет-нет, всё в порядке, спасибо.

Он снял тяжелую руку с моего плеча и взглянул на часы. Я покосилась на циферблат. Чуть за половину восьмого.

– Дети, мама права. Уже поздно, пора в кровать.

Дети запротестовали.

– Без возражений! Вы должны слушать, что говорит вам мама!

Девочка повернула голову и наградила меня хмурым взглядом.

– Пусть еще немного посидят, – предложила я осторожно.

– Нет, уже поздно. – Он встал с дивана и жестом погнал детей. – Чистить зубы, марш!

Те послушно поднялись.

– А можно Фройляйн Тинки поспит сегодня со мной, папа? – спросила девочка.

– Нет, она останется в гостиной, иначе вы опять не будете спать всю ночь. – И, повернувшись ко мне: – Ты идешь?

Мне кое-как удалось подняться, удержать в вертикальном положении свое побитое тело. Твой муж придержал меня за руку, и я неровным шагом последовала за детьми. Мы вышли из гостиной и двинулись по узкому коридору.

Запертая дверь по правую руку. Дети встали перед ней. Он потеснил меня, протянул руку к перемычке и нашарил ключ. Отпер замок. Дети прошмыгнули внутрь. Он повернулся ко мне, с ухмылкой опустил ключ в карман и указал на дверь.

Ванная оказалась узкой и едва вмещала нас четверых. С левой стороны помещался умывальник, под ним стояла канистра с водой. Прямо по курсу располагался туалет, напоминающий скорее маленький белый бочонок. Справа – старая оцинкованная ванна без кранов. Над ванной, под самым потолком, в стене было отверстие величиной с кулак, из которого торчал отрезок трубы. Вероятно, отдушина. Впрочем, ее эффективность вызывала сомнения – воздух был вязкий и застоялый. Окон в ванной не было. С потолка, как и в кладовой, свисала простая лампочка.

Дети взяли зубные щетки из пестрых пластиковых стаканчиков, что стояли на полке над раковиной. Это показалось мне чем-то абсурдным. Я водила языком по свежему зазору между зубами и представляла, как этот человек, твой муж, подобно тысячам других покупателей в супермаркетах, стоит в отделе товаров личной гигиены и выбирает, какие рисунки на стаканчиках понравились бы его детям. Мальчику достался стаканчик с рыцарем, сидящим верхом на коне, девочке – розовый, с принцессой посреди цветущего луга… Как этот человек стоял у кассы, оплачивал покупки, и никто не подозревал, что вместо нормальной ванной в нормальном доме эти стаканчики окажутся здесь, в этой дыре, где людей держат взаперти.

– Наводить порядок в ванной, конечно, входит в обязанности жены. Но не волнуйся, туалет я беру на себя.

Только позднее я поняла, что конкретно он имел в виду. Поскольку там не было водопровода, мы использовали биотуалет, в котором фекалии собирались в контейнере с опилками. И время от времени контейнер нужно было опорожнять – снаружи. Само собой, он не мог доверить это дело жене. Отныне снаружи для нее ничего не было.

– Хорошо, – произнес он, взглянув на часы. – Три минуты.

Как по команде дети одновременно сплюнули пену в раковину. Затем по очереди умылись водой из канистры.

– Сегодня вас уложит мама, – объявил он с великодушной улыбкой.

– Наконец-то! – просиял мальчик и вытер лицо полотенцем.

Твой муж вывел меня в коридор, девочка последовала за нами и прикрыла за собой дверь.