По доскам причала зазвучали быстрые шаги — это бежал Нед с какими-то двумя незнакомыми Линдсей рыбаками. Выстроившись в цепочку, они принялись проворно перекидывать бочки и деревянные ящики на берег.

Линдсей потерянно стояла в сторонке. Что она скажет Эдварду? Может, просто отправиться в Трегониту и притвориться, будто уехала туда с самого начала в припадке уязвленной гордости?

Нет, только не так. Этого ей не вынести.

Из лодки выгрузили последние товары, и Антон, выпрыгнув на причал, подошел к Линдсей.

— Грузите все в телегу, — велел он подручным.

— Давай тоже поможем, — робко предложила девушка. — Так будет быстрее.

Антон мягко опустил ладонь ей на шею и повернул Линдсей лицом к себе.

— Они и без нас в два счета справятся. Линии, ну не надо тебе возвращаться в Лондон.

Она заморгала. Горячие слезы защипали глаза. Что толку плакать? Но в голосе Антона она услышала такое глубокое сочувствие, даже любовь — братскую любовь, похожую на любовь того, кого она до сих пор оплакивала.

— Ты меня слышишь?

— Да, Антон, слышу.

Не могла же она объяснить ему, что случилось самое невероятное. Каким-то загадочным, непостижимым образом Эдвард похитил ее сердце, заставил полюбить себя.

— Этот твой муженек — просто позорище. Кто еще оставил бы такую прелестную жену одну в первую брачную ночь?

Девушка лишь бессильно покачала головой. Эдвард тоже называл ее прелестной — и все же покинул именно тогда, когда, как ей казалось, ему захочется остаться с ней, насладиться ее обществом. Раньше ведь ему так нравилось быть с ней. Отчего же все вдруг изменилось?

— Линии, ответь. Зачем возвращаться к человеку, который отверг тебя? Он явно не в своем уме.

По небу прокатились отдаленные раскаты грома.

— Оставайся со мной. — Голос Антона был тих и настойчив. — Я построю для тебя чудесный дом. У тебя будет все, что пожелаешь.

Милый, добрый Антон. Он хотел заменить ей брата…

— Нет, Антон, не могу. — Линдсей ласково обняла его и похлопала по плечу. Даже если бы ее не снедала тоска, жадное желание хоть каких-то знаков внимания со стороны Эдварда, все равно ничего бы не изменилось. Она же торжественно клялась — клялась перед Господом. Возврата нет. Кроме того, необходимо позаботиться не только об Эдварде, но и о Джоне. Ради Джона надо самой проследить за тем, чтобы Эдвард не вздумал взять назад свое обещание подарить Роджеру Трегониту. До того как Джон сможет по закону притязать на свое наследство, осталось еще целых девятнадцать лет За эти годы еще будет время придумать, как разделаться с Роджером.

Антон обхватил лицо девушки обеими руками, пытливо заглянул ей в глаза.

— Я знаю, малышка, ты еще передумаешь. Непременно передумаешь. Я подожду.

Линдсей хватило ума промолчать и не советовать Антону сделать то, о чем она давно мечтала, — найти себе подходящую жену и завести детишек. Тогда, верно, он будет слишком занят чтобы постоянно тревожиться о сестре погибшего друга. Зато она сама, Линдсей, будет за него очень рада!

— Пообещай, что обязательно обратишься ко мне, если тебе понадобится помощь. — Антон надвинул шерстяную шапку поглубже на лоб девушке и поднял повыше воротник ее бесформенной старой куртки.

— Я всегда буду помнить, что ты мой друг, — произнесла она, в глубине души надеясь, что он не заставит ее дать клятву, которую она никогда не сможет сдержать.

— Антон! — Тревожный возглас Неда заставил обоих вздрогнуть.-Антон!

— Черт побери этого болвана! — буркнул контрабандист. — Этак он и мертвого разбудит, не говоря уж о таможенниках.