Он то краснел от злости, то белел от гнева. Человек-лампочка. С клыками. Сейчас поуспокоился.

- До выборов нового короля власть принадлежит канцлеру?

- Номинально – да. Но я бы не слишком на него рассчитывал.

- А что мы теряем? Пока что все в тупике. Я попытаюсь узел разрубить. Если разрубят меня, поднимешь за упокой моей души чашу лучшего нира. Идёт?

Бросив пару сопровождавших, я в одиночестве начал бродить по дворцу. На нижней галерее увидел сына маркглея Айюрра. Сделал ему знак – поговорим.

Он подвалил сразу с полудюжиной телохранов. Столько не ушатаю даже бревном.

- Чего ты хочешь, убийца брата?

Парень был гораздо массивнее усопшего. Ростом высок – лишь на полголовы ниже меня. Рыжие волосы гораздо светлее, чем у большинства антов. Нос расплющен и свёрнут набок. Красавец, одним словом.

- Не с того начинаешь. Убийцей как раз был он. Вытащил меч против хрыма, меча не имеющего, то есть меня. Титул не унаследовал ещё, а полез на глея. То есть меня. Со всех сторон он неправ, а я вправе.

- Отец считает иначе.

- Пусть считает. Говорю-то я с тобой. Кстати, могу и тебя уложить как твоего брата. Это карманная баллиста.

Ствол ТТ упёрся ему в грудь. Охранники, не готовые к такому жесту, не среагировали.

- Из этой железки?

- Твой брат сомневался. Я ему показал. Могу и тебе показать. Мёртвые сомнений не знают, - надеюсь, от моей приветливой улыбки ему хоть немного поплохело.

Он нервно сглотнул. Глаза неотрывно смотрели на ТТ. Просипел без прежней уверенности:

- Повторяю. Чего ты хочешь?

Я убрал ствол. Любой, кому не мешали бы спины бодигардов, увидел бы: мы ссоримся. Но вокруг парочки, готовой пустить кровь друг дружке, не собралась бы толпа заинтересованных. Подобные стычки затевались повсеместно. Некоторые и правда закончились выносом тел. Пырнуть соотечественника мечом или кинжалом ради судьбы Отечества – нормальное дело.

И меня могли. В спину. Биб следил с наказом: нападут – бей. В смысле – соси душу. Боевой глоток на боевом взводе…

- Войны не хочу. Сделку.

- Говори.

- Мне нужен мир с вами. Беспрепятственная продажа нира и стекла в ваше маркглейство. Свободный проезд, у вас же берег моря, пристани.

- Не много ли хочешь, хрым?

Ку-клус-клан и здесь. Расист хренов.

- А ты назови цену.

- Для начала – голосуй за отца.

Клюёт…

- Не торопись. У меня два голоса.

- Что?!

Достал из-за пазухи и развернул перед ним пергамент с доверенностью Клая. Объяснил, что тесть уполномочил отдать голос за него. Чистокровный ант, между прочим.

- Первый раз о таком слышу.

- Законы Караха не запрещают. Я узнавал. Ну же, парень. Ты мне обязан – стал старшим наследником. Если Айюрра изберут, ты – маркглей. Иначе оставался бы сотником дружины при брате.

- Я не просил о такой услуге!

- Знаю. Он на меня напал, не я на него. Давай пользоваться ситуацией. Можем быть друг другу полезными.

Он задумался. Потом заставил телохранов отступить на пяток шагов.

- Либ серебра за голос Клая. И обещание не чинить тебе зла в отместку за брата – за твой голос.

Попался, наивный чукотский юноша. Предлагает левую сделку тому, кого считал врагом минуту назад. Святая простота! За брутальной внешностью скрывается слабый интеллект.

- Два либа вперёд – по либу за каждый голос – и по рукам. С меня скидка в четверть цены за нир и стекло на год.

- Ты наглеешь!

- А ты прикинь. Мне жить бок о бок с Маерром и Фирухом. Они точно не забудут, что их кинул.

- Будешь под королевской защитой.

- Благодарю. Но вы с отцом – далеко. Маркглей с сыном рядом. Если они просто дороги перекроют для едущих ко мне купцов – уже беда, - видя его нерешимость, а придавил ещё немного.