Далее просто сочувствую зевакам, не имевшим по случаю Средневековья мобильных телефонов с камерами. Непременно запечатлели бы, как именитый глей, не чураясь самолично поусердствовать, подбежал к телеге. Разломал её голыми руками и ударами ног. Потом с дрыном длиной в два своих роста накинулся на стражников. Один пытался рубануть по бревну мечом и остался без меча. Десятник, более благоразумный, в последний миг просто прикрылся руками. Обоих вмазало в стену.

- Кто ещё желает невежливо поговорить с глеем Гошем?

Таких не нашлось. Наша троица благополучно миновала ворота. Айюрр-средне-старший, не знаю его имени, счёл за лучшее смыться. Для анта получить удар бревном от хрыма – не лучшее для репутации. А я могу приложить. Желающие – записывайтесь.

Отыскал Фируха. Тот, разряженный как фраер, даже воротничок – кружевной белоснежный, обрадовался.

- Фух… Ты! Думал, не приедешь. А Клай?

- У меня письменное поручение от него.

- Так не принято.

- Если кто-то будет сомневаться, запихну сомнения прямо ему в глотку. И проверну.

- Ты сегодня в ударе… Слышал, у входа – буза. Без тебя не обошлось?

- Они проявили невежливость. Не думай! Все живы. Надеюсь.

- Иной раз кажется, лучше бы ты не приехал. От тебя одни…

- Неприятности?

- Неожиданности. И ещё. Айюрр требует твоей крови. За сына.

- Ну и что? Пусть вызывает на бой. Умрёт. Или подаёт в суд. Ещё лучше. Беститульный бросился на глея. Ант выхватил меч против хрыма без меча. По любому закону, виноват покойник, а не я.

- Не будь так уверен, - Фирух глянул на противоположный конец двора, где кучковались «западенцы». – Если маркглей станет королём, то изменит законы. И применит к тебе задним числом. Да и законы Караха строгие, сынок ничего не добавил: убийство анта хрымом – смерть хрыму и его семье. Хрыма антом – только штраф убийце.

- Не боится?

- Он не был ночью в лагере у Монкурха. Не знает, что ты готов вызвать самого дьявола, низвергнутого рукой Моуи, и устроить бойню среди своих.

- Не я такой, жизнь такая. Постараюсь обойтись без крайностей. Запад покупает у меня сотни бочек нира. Не стану же убивать кормильцев!

Парень удивлённо воззрился на меня. Он стоял с непокрытой головой, коротко стриженый. Отросшая рыжая щетина смешно торчала во все стороны. Фирух больше не скрывал принадлежность к антам.

- Друг, мне нужно скорее покинуть это милое место. Когда голосуем?

- Да голосовали уже дважды. Большинство – за Айюрра, около половины. Четыре из десяти за отца. Остальные за Пирраха. Причём он выдвигает не себя, а старшего сына Уодороха. Маркглейство оставит другому.

- То есть Айюрр никак не может набрать нужное превосходство. А с моими голосами…

- К нему тоже подъезжают. К тому же его люди лезут с посулами к голосовавшим за нас. Каждому обещают либ серебра за голос, но только в случае победы.

- Пожалуй, я ещё подумаю, за кого голосовать.

Фирух едва не ударил меня.

- Как ты можешь…

- Я почти всё могу. Остальное могут боги. Слушай, покупка голоса – законна?

- Нет! Конечно – нет! Но когда ставки столь высоки…

- Король Карах или его недоносок что-нибудь писали на этот счёт в своих законах?

- Карах – да. Виновная сторона лишается своих голосов.

- Всех или купленных?

Он замялся.

- Говори! Есть шикарная возможность, но я не юрист, пырх тебя задери. Можешь найти сам закон?

- Конечно, мы же во дворце.

Он то краснел от злости, то белел от гнева. Человек-лампочка. С клыками. Сейчас поуспокоился.

- До выборов нового короля власть принадлежит канцлеру?

- Номинально – да.