– Это было бы логично. И также логично предположить, что они были бы проданы, так как правительство будет искать возможность достать где бы то ни было деньги, чтобы залатать дыры в бюджете, которые возникнут при отделении от Федерации.

– Именно так. Ну, подумайте. Кто-то, кто хотел сделать деньги и знал, что закон об отделении будет принят, этот кто-то мог свободно обратиться к разным заинтересованным лицам, которые уже давно положили глаз на эти территории, и предложить им похлопотать насчет того, чтобы они были проданы им, а не кому-то другому. Если подумать над этим, то этот бизнесмен пошел бы и дал взятки официальным представителям правительства, чтобы те позаботились об этом. Деньги на взятки шли, конечно, из тех, которые заинтересованные лица заплатили ему, а остальные они могли свободно прикарманить себе как плату за дилерские услуги. Бизнес посредством взяточничества может быть очень доходным, так как Федерация имеет много собственности на Вулкане, и вся она пригодна для промышленной эксплуатации.

Глаза Сарэка были прикрыты, выражение лица менялось, он явно начинал злиться.

– Если бы даже промышленники знали, как используются их деньги, то есть на "рекламную кампанию" и пропаганду, которая ведет к тому, чтобы обеспечить отделение, то скорее бы всего они заплатили еще больше. Более чем достаточно для того, чтобы процесс мог идти своим чередом. И одна его сторона подпитывает другую. А тот, кто управляет всем этим из-за спин, может спокойно сколотить приличный капитал. Так же, как и чиновники правительства.

– Вы дадите мне что-нибудь из уже распечатанного, доктор? спросил Сарэк.

– С удовольствием. Вы отметите, что номера банковских счетов на своих местах, и все корпоративные и частные переводы денег отмечены Центральными Банковскими номерами, – заметил Маккой.

Сарэк рассматривал распечатку в изумлении.

– Доктор, "сумочные" форматы для кодов доступа к Центральным приемным компьютерам распечатаны здесь! – его лицо приобрело пепельнобледный оттенок. – И курковые коды для запуска сумочного процесса!

– Да, я так и думал, что вы узнаете их, – ответил Маккой. – Вы ведь создавали их, не так ли?

Сарэк качал головой.

– Как бы ни была интересна эта информация, но я хотел бы знать, каким образом вам удалось добраться до нее? Конфиденциальность этой системы не может быть нарушена. Нет путей взломать коды этой системы!

– Их и нет… только если, конечно, у вас нет там друга… – и Маккой выставил свой указательный палец вверх.

Харб выпучил на него глаза.

– Мойра? Ты заставил мою игровую машину забраться в чужие компьютеры и выкрасть информацию?

– Харб, Харб! Одолжить.

– Но вы не могли сделать этого, доктор, – сказал Спок расстроено.

– Я не говорю об этических аспектах, но это невозможно. Игровая машина не имеет выхода в сеть, не имеет доступов и кодов полномочий, которые вам были необходимы, не имеет…

– Спок, – перебил его Маккой, – есть одна вещь, которую этот компьютер имеет совершенно определенно. Личность. И ты знаешь, кто ее туда поместил.

Сарэк удивленно посмотрел на Спока.

– Я и не знал, что ты занимаешься программированием игровых машин.

Харб посмотрел сначала на Спока, затем на Сарэка.