- Мы не вправе давать Вам подобную информацию, - отвечает полицейский, разглядывая меня с явным подозрением.

Вообще-то это он напал на меня, но всем своим видом показывал мне, что угроза - я. Мне нужно выпутаться из всего этого. Я должен найти Сэди.

- Отлично. Вы нашли мой сотовый, это явно не оружие. Я могу идти? Мне нужно работать.

Киваю в сторону клуба.

Он говорит, что-то в микрофон на плече и жестом останавливает меня. Вне себя от злости я прислоняюсь к патрульной машине, мой взгляд изучает переулок. Он пуст. Как будто Сэди просто испарилась.

Я потираю рукой подбородок. Каждая мышца пронизана напряжением. Она могла прийти сюда, чтобы встретиться со мной, но, увидев копов, не решилась зайти в клуб. Она сбежала, прежде чем они заметили ее. Нет. Все было не так. Я ищу зацепки, потому что боюсь допустить другие возможности.

По-прежнему нет никаких причин, которые помогли бы мне объяснить, зачем она танцевала с тем мудаком, который повел ее на улицу, туда, где меня ждали в засаде копы. Если бы я только знал ее лучше, если бы я мог доверять ей больше… все это выглядело как подстава.

Эти подозрения опаляют кожу и заставляют сердце биться чаще в волнительной горячке.

Я знал, что она докопается до правды. Но надеялся, что она придет ко мне, а не установит слежку, чтобы задержать меня в клубе.

Все это не имеет значения. Главное, что ее нет сейчас здесь. Она может быть где угодно, с другим парнем.

Она там, где кто-то преследует ее. Я не могу выкинуть это из головы, не могу позволить себе отпустить ее в этот гребаный мир, где за ней охотится какой-то маньяк.

Из рации на плече копа раздается какофония звуков. Я понимаю, что ему поручено собрать более подробную информацию. Он открывает заднюю дверь своей машины.

- Нам нужно, чтобы Вы поехали в участок и написали заявление.

Он, наконец-то, смог завладеть моим вниманием; я одергиваю руку, несмотря на легкую боль.

- Я могу написать это заявление прямо здесь, - говорю я.

Я знаю свои права. Я знаю, как это работает. Задержать меня по какому-то надуманному поводу, отвезти на допрос, и там они имеют право удерживать меня в течение 48 часов.

Джулиан прошел через это. А я избежал этого только потому, что к тому времени уже покинул город. Я называл его за это трусом, но это я был тем, кто сбежал. Он старался принять все, что с ним произошло, в то время как я попытался просто забыть. Теперь я думаю, что гнев и страх, ослепившие меня, не позволили мне понять, что трусом на самом деле был я.

Коп придвигается ближе, и это провоцирует мои воинственные инстинкты.

– Будет намного лучше, если Вы поедете с нами и напишите заявление в участке.

Звук захлопывающейся дверцы машины. До моего слуха доносится:

– Парни, я разберусь с этим.

Я узнал этот голос, даже прежде чем увидел детектива. Это тот самый коп, который приходил ко мне домой вместе с Сэди неделю назад. Чувствую надвигающуюся неизбежность, скользящую вдоль спины. Хотел бы я провести еще хоть несколько минут с моей богиней. Я должен был набраться мужества и признаться во всем самому. А теперь она узнает все так.

У меня есть куча поводов для сожаления, и еще одна маленькая неудача не должна сломить меня, но она поселилась внутри меня, словно маленький долбанный червь, который ни на минуту не оставляет меня в покое.

– Мистер Рид, как Вы? – спрашивает Детектив Куинн, демонстрируя мне свой значок.

- Я Вас помню, – говорю я. – Сегодня определенно не лучшая из моих ночей. – Я мотаю головой в сторону. - Ваши ребята знатно меня достали.

Его рот кривится в ухмылке.

– Извините ребят. Из-за этих событий с серийным убийцей все немного на взводе, – он кивает на мои перебинтованные костяшки пальцев. – Что случилось с Вашей рукой?

Я понимаю, что все это выглядит не очень хорошо.