— Скажите мне, агент О’Хара, — сказал Вао, заваривая чай, — когда вы родились?

— Это не является засекреченной информацией, — ответил тот и сообщил Вао дату своего рождения. — А зачем тебе это?

Тот лишь посмотрел на него и усмехнулся.

— Так я и думал. Вы — свинья. Вернее, кабан.

— Не понял, — ответил тот угрожающим тоном. — Пусть у нас и разные политические взгляды, но я не потерплю, чтобы меня обзывали.

— Вы не поняли, — поспешил объясниться Вао. — Я назвал вас свиньей, ни в коей мере не желая вас оскорбить.

— Он просто имел в виду знаки китайского астрологического календаря, — прервала его Элизабет.

— Конечно, — подтвердил тот. — Я хотел сказать, что вы родились в год свиньи. Я, например, по календарю лошадь.

Майк посмотрел на китаянку и спросил:

— А под каким знаком родились вы?

— Под знаком змеи, — улыбнулась она.

— Так я и думал, — прокомментировал О’Хара.

— Линь, ты не ошибся со знаком Майка? — спросил Фрост.

— Нет. А что?

Капитан рассмеялся.

— Я знаю его уже очень давно, и для него мне кажется более подходящим знак какого-нибудь жалящего скорпиона.

К Хэнку подошла Элизабет и села рядом.

— Я хотела вас поблагодарить за то, что вы спасли меня

— А мне просто не оставалось ничего другого.

— Что вы имеете в виду?

— Ну, вы ведь выкрикнули мое имя, когда падали борт. Я чувствовал себя обязанным…

— Вот за это и спасибо, — добавила она. — Я даже не надеялась, что вы будете рисковать своей собственной жизнью, спасая какую-то вражескую шпионку.

— Элизабет, какой вы теперь мне враг? — возразил на это Фрост. — Мы — партнеры, ведь делаем общее дело. Если же, не дай Бог, мы когда-нибудь окажемся по разные стороны баррикад, то я… в общем, я решу, что мне делать тогда, когда придет на то время…

Они оставили Майка и Вао у костра спорить о социальных реформах и общественных формациях, а сами решили немного прогуляться, чтобы не слушать этот политический бред.

Они зашли за скалу и сели на поваленный ствол. Элизабет набросила на плечи прихваченное одеяло.

— Хэнк, можно задать вам один вопрос? — немного помявшись, спросила она.

— Только такой, на который я могу ответить, — улыбнулся Фрост, разминая руку, которая все еще болела.

— Я не решалась спросить раньше, потому что совсем вас не знала, но теперь, когда вы спасли меня, я думаю, нам можно обходиться без формальностей…

— Конечно. Давайте, задавайте свой вопрос, — подбодрил он ее.

— Это… ваш глаз…

— Вы хотите узнать, как я его потерял?

— Да, если вам не тяжело это вспоминать, — кивнула она.

— Для вас — нет. Все началось, когда я впервые приехал в Лос-Анджелес. Там был такой густой туман, что у меня от него началась какая-то аллергия и я страшно расчихался. Когда я ехал в такси и оглушительно чихнул, то водитель остановился, выскочил из машины и стал доставать запасное колесо. Ему показалось, что взорвался баллон.

Я решил пройтись пешком, увидел на углу ресторанчик — кстати, китайский — и захотел перекусить. Проходя какой-то банк, я опять пару раз чихнул и прохожие в ужасе разбежались.