— Как вмешаться? — Ники вцепился сам себе в волосы и в этот момент он стал похож на безумного. — А мы… А я… Я даже из этого здания не могу выбраться… Я сам пойду к ним…

— Такой уникальный?

— Пусть пуля в лоб…

— НЕ ДУМАЙ О СМЕРТИ, И ТОГДА СМЕРТЬ НЕ БУДЕТ ДУМАТЬ О ТЕБЕ, — с особым чувством произнес Николай. — Думать о смерти, все равно что обливаться холодной водой по утрам. Зима-то наступит в отведенные ей сроки.

— Я иду. Только попробуй остановить меня.

— Ба! — вдруг воскликнул Николай, делая удивленное лицо и тыкая пальцем куда-то за спиной Ники.

— Я знаю этот фокус, — произнес Ники и машинально все-таки обернулся.

В следующий момент Николай ударил его что есть силы по затылку.

— Они, они, — уличающе тыкал в сторону Маши толстый администратор, и в этот момент был похож на упыря, — Именно эта особа была вместе с «Бронежилетом» и другим, очень вредным, — почему-то отметил он. — Настолько вредным, что он руку порезал нашему человеку.

— Заткнулся бы, жирный козел, — вдруг громко сказал один из толпившихся рядом обезоруженных охранников клуба.

У сказавшего правая кисть была замотана окровавленной тряпкой.

— Да ты… Да тебя… — подпрыгнул к нему толстяк. — Я тебя уволю…

— Заметано, — кивнул охранник.

— Нам нужны двое мужчин, — боевик в шапочке-маске с прорезями для глаз тяжело положил руку на плечо толстяка, и у того от страха подкосились ноги. — О женщине разговора не было.

— Да и заказчик куда-то запропастился, — вставил боевик, похожий на гоблина. — Так что уточнить, нужна ли ему баба — не у кого…

Идите, мадам, — человек в маске снял руку с ее плеча и указал в сторону джипа, — Когда все закончится, мы подбросим вас до города. Большего обещать не могу… Мы же не бандиты какие-нибудь.

— Бам, бам, бара-бам, — вдруг загрохотало где-то в глубине здания.

— Что это? — одновременно вздрогнули все, кто находился поблизости.

Эти «все» были в масках и с оружием в руках.

— Какой-то придурок колотит по днищу кастрюли, — сообщил спустя некоторое время один из них, заглядывая в помещение, где находилась кухня.

Николай посмотрел на оглушенного Ники, и даже отступил чуть в сторону, словно художник, оценивающий произведенный им на холсте эффект.

Пошарил у него в карманах, выудив бумажник.

Потом достал из кармана вязаную шапочку-маску, и натянул ее на голову лежавшего на полу Ники.

— Теперь у нас вид приятный и аккуратный, — подвел он итог и двинулся по коридору, пока не вернулся обратно на кухню.

Взрывом гранат здесь разнесло все, что можно. Ячеистая лестница, которая вела куда-то наверх, теперь лежала поперек, образуя диагональ помещения.

От мужчины в синем костюме, который подорвал себя, не осталось практически ничего. Но все же Николаю удалось разыскать полу его пиджака и засунуть туда бумажник, который он выудил у Ники.

Еще немного усилий, и из груды посуды была найдена почти целая кастрюля, половник, и нечто, бывшее когда-то шумовкой.

Перевернув кастрюлю вверх дном и взяв в руки два вышеозначенных предмета, Николай взмахнул руками, как дирижер, которому предстоит дирижировать, а затем ударами по кастрюле произвел звуки:

— Бам-бара-бам…

— Всегда мечтал научиться синкопу, — произнес он, колотя по днищу.