— Как я понимаю, мне следует принести вам свои поздравления, — небрежно сказал он. — Могу я сделать это?

— При условии, что вы не станете целовать меня.

Шеридан помолчал, потом его темные глаза приветливо блеснули:

— Значит, вы поняли, что все это означает?

— Конечно, — ответил Декер. — Если бы я заподозрил что-либо другое, то потребовал бы удовлетворения. Я не разбираюсь в пистолетах. А вы?

— Знаток.

Декер кивнул:

— Так я и подумал. Шпага?

— Никогда не брал в руки.

— Я также. А как насчет кулаков?

Грант понял, что Декер имеет в виду удар на пристани, сразивший его наповал.

— Это я тоже могу, если не застанут врасплох. — Улыбка его стала шире, но глаза по-прежнему не улыбались. — Все это только разговоры, не так ли? Поскольку никакого оскорбления не нанесено, нет оснований вызывать меня на дуэль.

Холодные синие глаза Декера устремились на Джонну.

— Он не лжет? Он не нанес вам оскорбления?

Джонна словно утратила дар речи. Все, что случилось за последние несколько минут, казалось ей совершенно нереальным. Она просто покачала головой, не в состоянии встретиться глазами с Декером. Но Грант, видя это, проговорил укоризненно:

— О, Джонна, вам нужно сделать это точнее. Я бы счел необходимым защитить вас, если бы увидел в ваших глазах оскорбленное выражение. Прошу вас, оправдайте же меня более уверенно.

Джонна подняла глаза. Она готова была расплакаться, но сумела сдержать слезы.

— Грант всего лишь поздравил меня, — проговорила она, преодолевая сухую, колющую боль в горле.

Декер какое-то время с непроницаемым видом пристально смотрел в ее бледное лицо.

— Пойдемте, если вы готовы.

— Я готова.

— Хорошо. — И Декер протянул ей руку. Джонна осталась стоять на том же месте, и он, вопросительно выгнув бровь, взглянул на Гранта.

— Может быть, вы снимете руку с талии моей жены?

— Если я сниму руку, — ответил Грант, — Джонна скорее всего упадет. Вам не сообщили, что она подвернула ногу?

Глаза Декера потемнели; впервые за все это время он проявил свои чувства.

— Джонна?

— Боюсь, что Грант прав. Я так и не научилась еще ходить по суше. — Она опять оперлась рукой о диван, потом посмотрела на Гранта:

— Теперь я не упаду.

Грант опустил руку.

— Конечно. — Он воздел обе руки вверх, демонстрируя свою невиновность. — Будьте умницей, — добавил он, обращаясь к Джонне.

Стараясь держаться уверенно, Джонна шагнула вперед. Она подала руку Декеру и почувствовала, как его горячие пальцы сжали ее. Казалось, ей кинули спасательный круг, и она не сумела скрыть свое облегчение, когда Декер обнял ее, не давая упасть.

— Вы приехали в плаще? — спросил Декер.

— Я принесу, — вмешался Грант.

Пока шаги Гранта не стихли в коридоре, Джонна молчала. Потом сказала:

— Давай не будем ждать его здесь. Я хочу пройти к входной двери.

Декер не стал спрашивать, почему ей этого хочется. Он проводил ее до вестибюля, там и появился Грант с темно-красным бархатным плащом Джонны. Он хотел накинуть его на Джонну, но Декер вежливо взял плащ у него из рук. Грант так же вежливо улыбнулся и открыл перед ними дверь. Они больше не обменивались любезностями. Шаре, который они разыграли в гостиной, был окончен по взаимному, хотя и молчаливому согласию.

Стоя на ступеньках, Грант смотрел, как Декер усаживает Джонну в экипаж.