Бриттон первым прекратил прыгать и бесноваться.

— Он возил туда своих любовниц, — сказал он совершенно как взрослый.

— Бриттон! — строго воскликнула Хлоя.

— Это правда. — Брендан встал на защиту своего брата, хотя это явно предполагало, что он признается в подслушивании. — Но это не значит, что мы считаем Мерседес его подружкой. — И он сделал серьезное лицо, чтобы все поняли, что он об этом думает. — Наш отец тоже иногда бывал там. — И охотно продолжал:

— Но я, правда, не знаю, была у него там любовница или нет.

Хлоя хотела было отругать его, но раздумала. Вместо этого она схватила его в охапку и поцеловала в макушку.

Брендан покраснел и отшатнулся. Он пригладил волосы, чтобы стереть этот поцелуй.

— Хлоя, ты что? Ты не имеешь права делать это.

Колин почувствовал слабое желание улыбнуться.

— Если бы не она, я сам бы сделал это, — сказал он. Его глаза опять помрачнели. Он поднял взгляд от светловолосых головок близнецов и посмотрел на мистера Хеннпина. — Расскажите мне, как найти этот домик.

Мерседес не мигая смотрела на Понтия Пайна.

— Вы сами разыскали моего дядю? — спросила она наконец.

Неужели это возможно? Ни одна черточка не дрогнула в лице карманника, тем не менее Мерседес почувствовала, как он хочет, чтобы она поверила ему.

— Совершенно верно, — ответил он. — Когда я услышал, кого он ищет, я сразу понял, что могу помочь ему. Я и никто другой. Мы, англичане, должны держаться вместе.

— Значит, после того как вы с таким трудом добрались до Бостона, вы просто так решили вернуться назад.

Понтий пожал плечами.

— Как заметил его светлость, этот город не очень располагает к себе. Я понял, что мне больше нравится Лондон.

Мерседес повернула голову к Северну:

— Так вы хотели, чтобы я выслушала это? И вы думаете, что я поверю этому человеку и не поверю своему мужу? Сказка этого мистера убедительна лишь для тех, кто не знает Колина, но для меня она, уверяю вас, совсем неинтересна.

Уэйборн снова поднял свой стакан в насмешливо-издевательском приветствии.

— Я говорил тебе, Маркус, — она будет упрямиться. Ну, не важно. Ты всегда можешь выбить из нее это упрямство.

— Замолчите, — сказал сквозь зубы Северн. Он не сводил глаз с Мерседес. — История этого мистера меняет все. Вы сами понимаете. Теперь Уэйборн-Парк уже не проигран на пари. Пари выиграл ваш дядя. Капитан Торн должен ему огромную сумму денег, и он сможет заплатить все свои долги. Теперь капитан будет опозорен и останется без гроша,

Мерседес хотела закрыть уши руками, но руки ее были связаны. Эта попытка отвлекла ее от слов Северна.

— Вы ошибаетесь.

— Нет, я прав. Поэтому-то вы и испугались. А ведь вы на самом деле боитесь. Мерседес. Я вижу. У капитана полный крах. — Он улыбнулся, будто желая успокоить ее. — Но вы еще можете устраниться от всего этого, — сказал он ей. — Вы можете разоблачить его. Уйти от него. Вы можете прийти ко мне.

Она ожидала услышать это, но не была готова к своей собственной реакция. Мерседес услышала свой смех, прежде чем поняла, что это смеется она.

Лицо Северна запылало. Кровь бросилась ему в голову, а пальцы вцепились в ручки кресла. Ему ничего не стоило подняться со своего места и втиснуть Мерседес поглубже в ее кресло.

Понтий Пайн выпрямил ноги. Это движение было случайным. Он так и остался в расслабленной позе, с отсутствующим выражением на лице. Его глаза не бегали между Мерседес и Северном, и его голос не нарушал напряженную тишину, но он был готов в случае необходимости остановить Северна.