Джек уже считал свое пребывание здесь безнадежным и был готов послать всю свою затею к чертовой матери, когда появился Кусум. Прямой и деловитой походкой он прошел между рядами и, протянув председателю какие‑то бумаги, сел в одно из кресел.

Джек внимательно разглядывал Бхакти в бинокль Кусум заметно выделялся на фоне всех остальных представителей, ибо только он был в тюрбане. Бхакти что‑то сказал сидящим рядом делегатам, потом сделал вид, что внимательно слушает выступающих, но Джек готов был поспорить на что угодно, его что‑то беспокоило. Кусум сидел как на иголках: то закидывал ногу на ногу, то нервно посматривал на часы, то разглядывал свой носок, то кольцо на пальце. Поведение человека, у которого на уме что‑то другое и который горел желанием быть в другом месте.

И Джек много бы отдал, чтобы узнать где?!

Оставив Кусума скучать на слушании, Джек вышел на площадь перед Генеральной Ассамблеей. Оглядевшись, он нашел частную стоянку для дипломатов. Джек занял местечко в тени и поудобнее, с которого хорошо просматривался наклонный выезд.

Глава 3

Почти целый день Джек напряженно всматривался в выезд со стоянки, надеясь, что не придется ждать до позднего вечера. И наконец Кусум появился как мираж, материализовавшийся на фоне плавящегося от жары воздуха. Возможно, из‑за того, что он ушел раньше окончания сессии, Бхакти прошел мимо места стоянки дипломатических машин и направился прямо к стоянке такси, сел в машину и поехал.

Боясь, что упустит его, Джек бросился через улицу и тоже сел в такси.

– Ужасно не хотелось бы этого говорить, – сказал шоферу Джек первое, что пришло в голову, запрыгнув машину. – Но поезжайте вон за тем такси.

Водитель даже не обернулся.

– За каким?

– С рекламой «Тайме» на багажнике, вон то впереди.

– Заметано.

Пока они медленно тянулись в пробке по Первой авеню, Джек изучал фотографию на водительском удостоверении, прикрепленном к пластиковой перегородке, разделяющей шофера и пассажира. С карточки смотрело черное лицо, плотно сидящее на бычьей шее. На удостоверении значилось имя «Арнольд Грин». А на крыле печатными буквами выведено: «Зеленая машина». Такой тип машин относился к разряду огромных и особо комфортабельных. Но, увы, они не нашли особого спроса среди населения. Таких машин больше не выпускают. Компактные такси взяли верх, и Джек с грустью наблюдал, как постепенно исчезают «зеленые машины».

– И часто вас просят преследовать другие машины? – поинтересовался Джек.

– Редко.

– Но мне показалось, что моя просьба вас совсем не удивила.

– Кто платит, тот и заказывает музыку. Хотите, будем кататься вокруг квартала до посинения, пока горючее не кончится. Мне что? Счетчик включен, денежки бегут.

Такси с Кусумом повернуло на Шестьдесят шестую, одну из немногих улиц, с которых с Манхэттена можно повернуть на запад. «Зеленая машина» следовала за ним. Они выехали на Пятую авеню. Похоже, Кусум ехал домой. Но неожиданно такси повернуло. Кусум вышел на углу Шестьдесят четвертой и продолжил свой путь пешком. Джек следовал за ним, не вылезая из такси. Он увидел, как Кусум вошел в дом с табличкой на двери: «НОВЫЙ ИНДИЙСКИЙ ДОМ»

Джек сверился с адресом консульства. Да, это был адрес консульства. А он‑то ожидал увидеть что‑то вроде индийского храма. Вместо этого взору его предстало обыкновенное здание из белого камня с решетками на окнах. На фронтоне гордо реял индийский флаг, представляющий собой изображение чего‑то похожего на колесообразную мандалу на фоне оранжевой, белой и зеленой полос.