– Возможно, ты права. Но мне не нравится то, что вы с Вики будете одни в этом доме.

– Мы сами сможем позаботиться о себе, – сказала Джия, не желая принимать его беспокойство о себе. – Делай свое дело, а я буду делать свое.

Джек обиделся.

– Отлично. Просто отлично. Что же тогда для тебя значит прошлая ночь? Мы что, просто в сене покувыркались?

– Может быть. Возможно, это что‑то и значило, но, полагаю, эта ночь ничего не изменила ни для меня, ни для тебя. Ты все тот же Джек, от которого я ушла, и я по‑прежнему не могу принять того, чем ты занимаешься. Ты такой, какой есть, и с этим ничего не поделаешь.

Он ушел. Джия осталась одна. И этот большой дом неожиданно показался таким пустым и чужим. Джия стала с нетерпением ожидать прихода Юнис.

Глава 2

Один день из жизни Кусума Бхакти...

Джек пытался заглушить в душе боль от последнего разговора с Джией и направил всю энергию на то, чтобы выяснить, чем Кусум занимается днем. Ему пришлось выбирать, за кем следить: за Калабати или Кусумом. Но Калабати всего лишь гость из Вашингтона, поэтому Кусум одержал верх.

Уехав из дома на Саттон‑сквер, Джек сразу же направился домой и позвонил Кусуму. Трубку взяла Калабати. Она сказала, что Кусум или в консульстве, или в ООН. Заодно Джек узнал адрес квартиры Бхакти. Позвонив в индийское консульство, он выяснил, что мистер Бхакти должен быть целый день в ООН.

И вот Джек у здания Генеральной Ассамблеи ООН и ждет начала экскурсии. Утреннее солнце больно пощипывало нос и руки, обгоревшие во время теннисного матча. Джек практически ничего не знал об ООН.

Большинство обитателей Манхэттена вспоминают об этой организации, когда демонстрируют приезжим друзьям и родственникам местные достопримечательности. Джек надел темно‑синюю майку с надписью «Я люблю Нью‑Йорк», светло‑голубые бермуды, длинные темные носки и сандалии. С шеи свисали камера «Кодак» и бинокль. Джек решил одеться так, чтобы выглядеть туристом. И это ему удалось.

Здание секретариата опоясывал железный забор, за который посторонним вход был запрещен. У входа охранники дотошно проверяли удостоверения. А в здание Генеральной Ассамблеи посетители проходили через дверь с металлоискателем, но Джеку не о чем было беспокоиться. Изображая туриста, он решил быть последовательным и не взял с собой оружия.

Экскурсия началась. Проходя по залам, гид рассказывал туристам об истории, о задачах ООН. Джек слушал вполуха. Он не мог выкинуть из головы некогда услышанные слова, что, если всем дипломатам дать хорошего пинка под зад, ООН могла бы превратиться в отличнейший бордель, что способствовало бы воцарению гармонии между народами не в меньшей, а возможно, и большей степени, чем сейчас.

Экскурсия дала Джеку возможность провести «рекогносцировку местности». Здание поделено на отсеки, доступные для посетителей и те, куда посторонних не допускали. Джек решил, что лучше всего обосноваться на балконе Генеральной Ассамблеи, где весь день обсуждались проблемы международных кризисов. Послушав вступление, он выяснил, что в этот день индийская делегация в центре внимания: обсуждалась проблема эскалации террористических выступлений на китайско‑индийской границе. Индусы обвиняли коммунистический Китай во всех смертных грехах.

Джек едва не заснул, выслушивая бесконечные выступления. Представители одной маленькой страны, о которой он и слыхом не слыхал, были уверены, что их мнение по этому вопросу кого‑то волнует, и высказывали то же самое, что до них уже наговорили представители другой страны. В конце концов Джек снял наушники и стал внимательно рассматривать в бинокль индийскую делегацию.