— Эта поездка, — заметил он, — будет скорее всего напрасной тратой времени.

Ему так ничего и не удалось выяснить в разговоре с преступниками, сидящими в тюрьме округа, и это его немного обескуражило.

Когда он приехал в тюрьму штата, надзиратель проводил его по длинному коридору в самый его конец, остановился перед стальной дверью и открыл ее.

— Привел тебе собеседника, Риччо.

Заключенный средних лет в серой тюремной робе посмотрел на него с видом отшельника, забывшего, как выглядит живой человек.

— Это Мелвин Белли?

— Нет, губернатор прислал тебе личное помилование, — бросил тюремщик.

Джефф вошел в камеру.

— Привет, Риччо. Как жизнь?

Надзиратель закрыл за ним дверь.

— Крикните, когда захотите уйти, — сказал он Джеффу и зашагал прочь по длинному коридору.

Риччо оглядел Джеффа с головы до ног.

— Слушайте, разве передо мной не Мюррей Великолепный?

Риччо был не особенно крупным, но коренастым, а тяжелые челюсти придавали ему мрачный вид коротконогой ищейки. Сейчас он улыбался, и эта улыбка молодила его. Хлопнув Джеффа по плечу и смачно выругавшись, он указал на опущенную от стены койку с матрацем.

— Прошу на трон королевы Анны! К сожалению, остальная мебель на реставрации. — Смахнув с матраца карты, Риччо сел рядом.

— Я читал в газетах о вашем городишке, — сказал заключенный, — где на ваших людей нападают прямо в участке.

— Вот об этом я и пришел поговорить с тобой, — сказал Джефф. — Тебе что-нибудь известно об этом дерзком нападении?

Вытащив пачку сигарет, Джефф стал перебрасывать ее на ладони. Риччо с хитрым видом наблюдал за ним.

— Все зависит от того, насколько дорога вам подобная информация.

Джефф, подбросив пачку, тут же парировал:

— Все зависит от того, сколько тебе известно.

— Через две недели я предстану перед советом по поручительству. Насколько вы сможете улучшить мою характеристику?

Джефф рассмеялся.

— А насколько она плоха? Можешь не отвечать. Я бы замолвил за тебя словечко, если бы ты рассказал мне что-нибудь из того, что может меня заинтересовать.

Риччо с заговорщицким видом подался вперед и тихо произнес:

— Вы ведь не очень много знаете об этом ограблении, а?

«Да, это так», — вынужден был молча признать Джефф. Он надеялся, что Риччо снабдит его нужной информацией, если только тот не хотел схитрить и получить кое-какие выгоды для себя просто так, за здорово живешь.

— Что тебе известно об этом?

— Их было двое, вооруженных автоматами. — Риччо осторожно озирался, словно доверял важный пентагоновский секрет русскому шпиону.

— Обо всем этом написано в газете, — напомнил Джефф.

— Да, знаю, но здесь есть и такое, что вам не известно: награбленное уходит в Нью-Йорк.

Джефф мгновенно напряг все внимание:

— О чем идет речь? О каком товаре?

— Точно не знаю. Моим информаторам пока тоже ничего об этом не известно, — добавил Риччо. Он выпятил грудь от сознания собственной важности. — Но здесь есть и еще одно: с этой переправкой связан посредник из ваших.

У Джеффа отвисла челюсть, и он уставился на заключенного:

— Ты имеешь в виду, что кто-то из полицейского управления..?

— Вот именно! — Риччо самодовольно ухмыльнулся. — Сэр, если на человеке полицейская форма, это не значит, что ему нужно слепо доверять! — Он испытывал такое наслаждение от подобного заявления, что даже повторил его еще раз.