Когда пламя наконец занялось, Том бросил горящий снимок в пепельницу и стал смотреть, как огонь лижет черты Хейнса, зачерняя, искажая и облупливая его лицо, пока фотография не скрутилась в свиток и не сгорела дотла. А вдруг Неда тоже заставили на это смотреть? Расшвыряв пепел сигарой, Том поднялся, прошел вдоль парапета до того места, где скала отвесно нависала над водой, и сбросил вниз еще тлеющее содержимое пепельницы.

Наверняка Карен пыталась его защитить. Она сообщила адрес, умоляла вызвать полицию. «Передайте им, что я на Уитли, 1154». Не мы. Ни слова о Неде. Где он был, когда все это случилось? Спал в машине?

Или где-то еще?

Длинный хвост дыма от фейерверка потянулся в открытое море, напитав влажный воздух легким запахом кордита. Том с минуту постоял, глядя на огни Нонсача за бухтой: его патрицианский взгляд привлекла россыпь серебристых отблесков совсем близко от берега, которые словно бултыхались и мерцали в четком танцевальном ритме.

Сзади донесся глухой звук шагов.

Том резко развернулся.

— Кого там черт…

В темноте он не сразу узнал мужчину, перемахнувшего через низкую балюстраду в дальнем конце террасы.

— Ну, как жизнь, герой? — спросил Виктор Серафим, прогулочным шагом выходя из мрака.

— Что вы здесь делаете, черт подери? — Не глядя на гостя, Том вернулся к столу, поставил на место пепельницу и взял бокал с бренди. — Или вы полагаете, что можете заявляться ко мне домой, когда вздумается? Вы в своем уме?

Он тяжело опустился в кресло.

Виктор с улыбкой вынул руки из карманов пиджака.

— Это что, приглашение?

Не дожидаясь ответа, он обошел кресло Тома и уселся перед ним на низкий парапет спиной к воде.

— Прямо не знаю, Том, иногда… Клянусь, за сегодняшний вечер вы второй раз говорите мне, что я не имею права где-то находиться.

— Вы прекрасно меня поняли.

Виктор пожал плечами.

— Судя по вашему виду, компания вам вряд ли помешает. Ждать вестей о своих любимых — дело тоскливое.

— Где они?

— Можете о них не беспокоиться.

— Я ждал звонка.

— Это не те новости, которые вы хотели бы услышать по телефону. Мы должны учитывать фактор безопасности.

— Что-то вас не слишком волновал этот треклятый фактор, когда вы заявились к нашим соседям. Моя жена не такая дура. Если она видела нас вместе или кого-нибудь угораздило ляпнуть ей, что я разговаривал с каким-то типом, который, судя по его костюму, сбился с дороги, направляясь в развлекательный клуб на Мотт-стрит…

Виктор хохотнул, устремив на Тома поверх очков сверкающий взгляд.

— Между прочим, это был званый вечер, не так ли?

— Где Карен с Недом?

— Я очень дорого заплатил за тот бокал теплого шампанского — тот, что вы мне преподнесли. — Он прокашлялся. — Зато посмотрел на всех этих людей, потолкался среди знаменитостей. Признаться, Том, я несколько разочарован тем, что вы так и не представили меня ни одному из ваших друзей. Там, где я жил, когда по соседству появляется новое лицо…

— Как-нибудь в другой раз, — оборвал его Том. — Я жду, когда вы мне расскажете, что произошло.

— Знаете, с кем я там пообщался? С Мэнди Пэтинкином. Кинозвезда! Когда нужно играть хулиганов, то что ни говори, а ему нет равных. Когда-нибудь они сделают фильм о моей жизни… Я сказал ему, чем я занимаюсь. Он решил, что все это параша. Сказал, что не может представить меня в роли ростовщика. Что я кажусь ему слишком мягким, слишком респектабельным, больше похожим на адвоката или, может, бухгалтера из ваших.