Я хотел бы, чтобы плоскогубцы были потяжелее. Мысленно я повторил движения. Взмахнуть рукой и бросить с силой плоскогубцы ему в лицо, одновременно упасть вперед, чтобы придать снаряду дополнительное ускорение и заодно прикрыть Мейера от града гвоздей. Я мог бы проползти вперед, получая гвозди в спину, дотянуться до щиколоток Диссо и дернуть его за ноги при условии, что гвозди не войдут мне в позвоночник по самую шляпку. И при условии, что он не успеет опустить пистолет, чтобы вогнать гвозди в мой череп.

Я замешкался, вспомнив, как не попал в Гарри пепельницей. Но пока я медлил, Диссо сдвинулся с места, отчего попасть в него плоскогубцами стало гораздо труднее.

Он переменил положение тяжелого гвоздезабивающего пистолета и отодвинул пневматический шланг в сторону движением, напоминающим движение певца, поправляющего провод микрофона. В ярком свете флюоресцентных ламп он выглядел почти театрально красивым. Он был похож на неподвижную живую рекламу, которую когда-то использовали в Канадском клубе. (Я никогда не знал, какое усилие требуется, чтобы держать двоих людей в плену с помощью автоматического устройства для забивания гвоздей, пока не испытал это на собственной шкуре.)

— «Слишком разговорчив»? — сказал он. — Возможно. Это оттого, что я испытываю облегчение. Я принял решение, и будущее стало гораздо понятнее. Денег Гарри и моих денег будет достаточно. Я отправил их в безопасные места. Вы двое — последние ниточки. Я возьму отпуск по болезни. В действительности я удаляюсь от дел. Продолжать быть единым в двух лицах — значит увеличивать фактор риска. Я сказал вам на Гренаде, что узнал о себе от Мэри Бролл и бедняжки Лайзы. Теперь у меня появится шанс посвятить все свое время тому, чтобы еще больше разобраться в этом. Очень тщательно. Очень внимательно. По большей части речь идет о людях, которые могут исчезнуть по своей собственной воле и никто не будет их искать. Думаю, брошенный мне вызов возбуждает меня. Значит, я очень много говорю, не так ли? Но это вам не особенно помогло, да? Поговорим о том, что было в том письме, которое вы отправили с Гренады. Так, для проформы. На самом деле совсем не важно, буду я знать об этом или нет, так что уговаривать я вас не собираюсь. Для порядка я, может быть, возьму с собой некую мисс Букер. Бетси. Хотите узнать что-нибудь о ней? Впрочем, это не важно. Закончили с его лодыжками? Отползите на коленях назад. Дальше. Дальше. Вот сюда. Сядьте здесь, пожалуйста, и обмотайте проволокой собственные лодыжки так, чтобы длина проволоки между ними была такой же, как длина нейлонового шнурка в тот день на маленьком пляже.

У меня возникла идея. Прикасаясь к этой толстой мягкой проволоке, я понял, что, если ее сгибать и разгибать много раз, она сломается. Я обмотал пару раз свои лодыжки, закрепил проволоку, закрутил плоскогубцами узел и откусил ими лишнее. Если повезет, проволока со временем лопнет в месте закрутки после того, как я сделаю несколько шагов.

Он подошел к Мейеру и наклонился над ним так, что гвоздезабивающий пистолет почти коснулся копчика Мейера.

— Я поставил на одиночный выстрел. Или одиночный гвоздь, Макги. Если вы сможете аккуратно обмотать собственные запястья, вы так порадуете меня, что я откажусь от удовольствия посмотреть, как он прореагирует на гвоздь в этом месте. Проявите смекалку, Макги. Сделайте это хорошо. После Гренады я должен быть осторожным.

Я сделал это хорошо. Даже ухитрился отщипнуть лишний кусок проволоки, прижав плоскогубцы локтем к полу. Держа запястья вместе, прилагая все силы, я постарался сделать так, чтобы не было видно провисшей части проволоки.