— Мало ли, вдруг кто сболтнёт случайно, — с нажимом сказал Черепанов.

— Разве что, когда на костре будем заживо гореть, но там уже в принципе будет плевать, кому и что мы скажем, — Самойлов скривил губы и отвернулся. Вот же пессимист, блин!

— Юра, а как ты это сделал? — спросил Александр, явно радуясь, что кто-то поднял эту тему.

— Да хрен его знает, — я почесал шею и задумался над ответом. — После того как появился Защитник рода, всё изменилось. Думаю, что дело в нашей связи.

— Я слышал о таком, — кивнул Саша. — У нашего рода Защитников не было, но мама из побочной ветви княжеского рода. Она рассказывала, что читала в семейной библиотеке о слиянии с Защитниками и тех силах, что появлялись после него.

— Ну вот и ответ, — я встал и начал разминаться. Короткий отдых не принёс облегчения, но усталость можно игнорировать, как и боль.

— Князь, — тихо позвал меня Бабарыкин, поднявшись следом. Он будто боялся, что я рвану с места и исчезну. — Позвольте мне сказать.

— Да говори уж, — махнул я рукой.

— Я хочу стать таким, как вы, — твёрдо проговорил он. — Научите меня? Я стану вашим вассалом, оруженосцем или секретарём. Я готов на всё, лишь бы стать сильнее.

— Михаил, — я вздохнул, подбирая слова. — Как ты заметил, оружия у меня нет. Зато есть секретарь. Чудесная девушка, между прочим.

— Вы… вы отказываете мне? — баронет сжал кулаки, помрачнел лицом и отвернулся.

А ведь парень-то изменился в Каньоне, повзрослел буквально на глазах, отбросив восторженность юности. Вот так и закаляется характер мужчины — в бою с сильным противником и с самим собой.

— Давай так сделаем, — предложил я. — Когда выберемся из Каньона, а потом и закончим с всей этой вознёй инквизиторской, мы вернёмся к этому разговору. Хорошо?

— Буду ждать вашего решения, — хмуро ответил Бабарыкин. — Спасибо, что не отказали сразу.

— Ну вот и славно, — я потрогал рану на руке, проверяя, схватилась ли кожа, а потом встретился взглядом с княжной. Ну уж нет, ещё и её выслушивать я был сейчас не готов. — Так, я погнал, не шумите тут.

Подмигнув Пожарской, я попросил Вольта покараулить людей, сосредоточился и сделал пробный рывок вперёд. Мир превратился в размытое пятно, время словно остановилось, все звуки замерли, кроме рёва ветра, от которого заложило уши. По коже пробежали мурашки, а потом через меня прошла волна электрического тока.

Я стал одним целым с молнией. Её сила текла по моим венам вместо крови, когда я мчался с запредельной скоростью, оставляя за собой шлейф из искр. Моё тело превратилось в натянутую до предела струну, готовое в любую секунду среагировать на изменение направления.

Свобода. Вот что я ощущал. Свобода и полёт, которым я управляю сам.

Мне пришлось напрячь не только тело, но и сознание, чтобы концентрироваться на каждом движении и не врезаться во что-либо. Мысли будто тоже ускорились, подмечая малейшие детали, которые я успевал выхватывать из размытой картинки.

В какой-то момент меня окружили вспышки молний, они искрили и гудели в ритме моего сердцебиения. Чувство свободы сменилось эйфорией, я ощущал себя всесильным и всемогущим. Даже воздух вокруг меня начал искажаться, образуя небольшие электрические вихри.

Остановился я только тогда, когда увидел пелену разлома. И это был не наш разлом, а другой. Я шагнул в него и оказался на дне огромной впадины, которая походила на кратер вулкана.

Хм, занятно. На длинном шесте, вбитом в трещину среди камней, одиноко трепетал на ветру американский флаг. Похоже, я вышел в Каньон, расположенный в Америке. Ладно, светиться здесь пока не стоит, лучше дальше исследовать наш Каньон.