Первым спускаться начал Никулин, потом двое рубежников. Следом за ними шла Ксения, потом я, заместитель Никулина и замыкал наш спуск последний рубежник, которого мне представили как Семёна Рыкова. Он мне, кстати, понравился. Тихий, молчаливый тридцатилетний мужчина с автоматом наперевес внушал уважение.

Я уже знал, что у него есть специальная лицензия на применение магических патронов, так что проникся доверием к этому человеку. Ну и шрамы от когтей демонов на шее Рыкова смотрелись действительно внушительно, в отличие от шрама на щеке Александра Новикова.

Пока я вспоминал имена остальных рубежников, подошла моя очередь спускаться. С псом на руках было не очень удобно, да и вообще он только мешался. Мысленно попросив его забраться мне на плечи, я наконец ухватился за трос и начал спуск.

В кромешной темноте не было видно ничего, и если бы не скрежет карабинного тормоза моих спутников, можно было бы подумать, что я тут совсем один. Только я подумал о том, из какого металла тросы, ремни и карабины, как вдруг услышал странный протяжный звук сверху.

И когда я понял, на что этот звук похож, покрылся липким потом. Так свистит оторвавшийся кабель или трос в свободном падении. Кажется, что-то пошло не так. Через пару секунд, показавшихся мне вечностью, трос дрогнул, и я полетел вниз, отчаянно цепляясь за ставший бесполезным карабинный тормоз двумя руками.

ОТ АВТОРОВ:

Друзья, бесплатные главы закончились, дальше произведение станет платным. Если кто-то из-за этого нас покинет, мы всё равно благодарны, что вы уделили время нашей истории. А для тех, кто остаётся с нами сообщаем, что впереди ещё много интересного! Интриги, загадки, проблемы с инквизицией, Хранителями и ещё куча разных приключений. А главное вас ждёт рост героя и его друзей.

p.s. Чибик за наградки:

Глава 16

На что способен человек в момент опасности? Никогда не думал, что мне придётся пережить опыт падения с высоты аж дважды. После прошлого я очнулся в крематории, после нынешнего, даже думать не хочу, где окажусь.

Расщелина была слишком широкой и уходила вверх, зацепиться не за что. Пальнул молнией чуть ниже, чтобы расколоть скалу. Да! Мне удалось сделать трещину, в которую можно втиснуть руку и остановить падение.

Ладонь напоролась на острый как бритва камень. Твою мать, как больно!

Ещё и спиной приложился, и живот разодрал. Ну зато удалось зацепиться. Я распластался всем телом по скале, подтянул себя чуть выше и снова ударил молнией, чтобы сделать углубление для второй руки. Вольт помогал как мог, цепляясь когтями за камень и удерживая меня зубами за воротник куртки.

Кое-как всё же удалось замедлиться и даже удержаться на месте. Ровно до того момента, как на нас сверху не свалился Семён Рыков, замыкающий наш спуск. Подхватив рубежника левой рукой, я продолжал цепляться за скальный выступ правой.

Вольт держался на стене сам по себе, зацепившись когтями, а я чувствовал, что соскальзываю под весом Рыкова. И молнией не шарахнуть по стене, чтобы сделать ещё одно углубление, — руки-то заняты.

— Вольт, ну хоть ты сделай что-нибудь, — обратился я к питомцу с надеждой.

— И что я, по-твоему, должен сделать? — буркнул пёс. — Левитировать я не умею.

— Спустись пониже и сделай выемку под моими ногами, — сказал я. — Можно небольшую, лишь бы опора была.

Недовольно ворча, Вольт начал спускаться, потом разместился под моими ногами и принялся скрести скалу. Семён старался висеть тихо, не делал резких движений и даже не разговаривал — понимал, что мы оба висим буквально на волоске, а сил у меня не так чтобы много. Наконец, пёс доложил, что я могу сунуть носок ботинка и проверить глубину выемки, что я и сделал, выдохнув от облегчения.

Я понимал, что ещё немного, и Рыков свалится вниз.