Мы осторожно подошли к краю озера. Вода в нём была черной, как смола, а на поверхности появлялись и лопались странные пузыри. Моей ноги коснулось что-то холодное, я отшатнулся и посмотрел вниз.

В воде шевелилось что-то огромное. Присмотревшись, я увидел тварей, похожих на гигантских червей. Они медленно поднимались со дна, слизистые тела мерцали в тусклом свете.

Я не мог разглядеть их толком, но чувствовал, что они готовы напасть. Ну как чувствовал… любая тварь в этом Каньоне только и думала, как полакомиться человеческим мясцом, так что сомневаться не приходилось.

— Готовьтесь! — нарушил тишину Никулин. Его голос звучал хрипло и устало.

А потом твари вырвались из озера и бросились на нас. Они были похожи на пиявок, только с острыми зубами и щупальцами. Семён отбил мечом атаку одной из пиявок, а я присмотрелся. Тело монстра скользнуло по клинку, оставляя на нём мерзкую слизь. У меня по коже пробежал холодок от отвращения.

Нет, так дело не пойдёт. Надо бить эту мерзость, пока она не вылезла из озера полностью. Каждый электрик знает, что разряд молнии может достигать силы тока до полумиллиона ампер, а напряжение в ней доходит аж до миллиарда вольт. Энергии одного разряда молнии хватит чтобы обеспечить электричеством город-миллионник на год.

А что у нас отлично проводит ток? Вода! И чем она грязнее, тем выше её электропроводность.

Была только одна проблема — я почти истощил резерв в бою со сколопендрами, и выдать что-то мощное сейчас не мог. Где бы раздобыть чуток энергии, а? Как вообще в этом мире маги восполняют резерв? Должно же быть какое-то средство!

— Я могу помочь, — обратился ко мне Бабарыкин. — У меня очень слабая магия… то есть я даже не совсем маг…

— Чего ты сиськи мнёшь⁈ — прикрикнул я на него. — Давай уже, говори нормально. Чем ты можешь помочь?

— У меня способности ретранслятора, — уже чётче сказал он. — Если поблизости есть источник энергии, я могу подключиться к нему и передать эту энергию.

— Тогда ищи этот источник, — сказал я, отправив слабенькую молнию в ближайшего слизняка.

Тот заверещал на ультразвуке и принялся извиваться, корчась от боли. Я добил его ещё одной молнией и поспешил на помощь Ксении, которая застыла напротив пиявки и ничего не делала. Мне показалось, что перед нападением слизняков рядом с Пожарской что-то вспыхнуло. Может, её чем-то ослепило или оглушило?

— Не стой под стрелой! — крикнул я, отталкивая княжну с пути червяка и поджаривая его до хруста.

Такими темпами мы тут надолго застрянем — пиявки продолжали выползать на берег. Благо, их было не так много, или у них была какая-то очерёдность, раз они не лезли на нас скопом. Несколько раз мне пришлось спасать Пожарскую, которая будто вообще не собиралась защищаться.

Такое поведение княжны меня беспокоило, раньше она не проявляла трусости и билась наравне с остальными. Какого хрена она пялится на пиявок и будто бы ждёт, когда те нападут⁈ И на шпильку Самойлова о Пожарском она тоже не отреагировала. Ох уж эти женщины!

— Нашёл! — завопил Бабарыкин, проталкиваясь ко мне. — Нашёл источник! Давайте руку!

Я ухватился за протянутую ладонь Михаила и сосредоточился. Где там мой жидкий огонь? Где мощь и сила, которую я ощущал в изоляторе? Мне бы они сейчас очень пригодились.

Энергия вдруг потекла по моим венам, превращаясь в раскалённую плазму. Яркая и мощная молния вырвалась из моих рук и ударила в озеро. Вода закипела, клубы пара заволокли всю пещеру. Но этого было недостаточно.

Я хотел превратить озеро в кипящий котёл, хотел уничтожить каждую пиявку, которая пыталась выбраться из воды. Но, увы, способностей Михаила не хватило, или же источник, который он нашёл, оказался слабым.