|
А что, уже всё закончилось?
— Вот это понимаю — здоровый пофигизм! — с восторгом прокомментировала Тёрнер. — Уже и шармбатонцы прилетели, — кивнула она в сторону гигантской кареты, которой раньше тут не было. — И студенты Дурмстранга со дна озера всплыли.
Я перевёл взгляд на озеро и действительно обнаружил там старинный парусник.
— Все давно в Большом зале, и мы туда идём, — продолжила Ребекка.
— Спасибо, Бекки, что-то я стал в последнее время уставать. Наверное, стоит меньше учиться…
Глава 30
Приветственная речь директора доносилась до ушей, но чудесным образом миновала мозг. За столом преподавателей сидели директора школ-участниц турнира. Бородатый мужчина, руководитель Дурмстранга, терялся на фоне здоровенной женщины, которая не уступала в габаритах Хагриду. Видимо, она была директрисой Шармбатона.
Девушки-француженки разместились за столом Райвенкло, а парни из Дурмстранга сидели со слизеринцами.
— Официальное открытие Турнира, — дошла до мозга речь Дамблдора, — состоится сегодня вечером, сразу же после ужина. Угощайтесь, дорогие друзья, на славу. Ешьте, пейте и чувствуйте себя как дома!
Вот это правильные слова! Есть и пить меня просить не надо, главное, чтобы было молочка побольше, а там хоть потоп, хоть пожар.
Домовые эльфы сегодня превзошли себя — наготовили столько вкуснятины. Но больше всего меня порадовали вторые блюда, среди них был король сегодняшнего вечера — бланманже!
— Колин, ты чего захапал себе всё блюдо с белым пудингом? — возмутился Эрни Макмиллан.
— Сам ты белый пудинг! — возмущённо ответил я, обхватывая блюдо руками. — Это же восхитительное… великолепное… непревзойдённое… творожное бланманже!
— Что? — не понял Эрни.
— Желе из творога, молока, сметаны, сахара и желатина.
— Я и говорю — пудинг, — произнёс Макмиллан. — Но раз из молока, — скривился он, — оставь эту гадость себе.
— Фу, как можно есть пудинг из молока?! — скорчила мордашку Лиза Купер.
— Колин, ешь спокойно свой молочный пудинг, — произнесла Ребекка. — Никто на него не покушается. На столе так много вкуснятины, что подобное извращение может понравиться только тебе.
— Спасибо, Бекки, — улыбнулся я однокурснице. — Передай, пожалуйста, немного клубники. Бланманже без клубники — деньги на ветер.
— Это ещё ничего, — широко улыбаясь, насмешливо произнесла Сьюзен Боунс, — у гриффиндорцев одна из француженок целую кастрюлю супа из морепродуктов увела.
— Сьюзен, если бы ты знала, сколько буйабес, который ты назвала супом, стоит в ресторанах, ты бы тоже побежала отбивать его у гриффиндорцев.
— Сколько же? — с любопытством вопросила Боунс.
— Если считать по ресторанным ценам, то та кастрюлька примерно на четыреста галеонов потянет.
— К-ха, к-ха, к-ха… — подавился соком Макмиллан. — А я думал гадость какая-то, даже не попробовал, — с грустью в глазах печальным тоном поведал он.
У Сьюзен и её подружки Ханны Аббот после услышанного глаза были размером с абрикос.
Сытый и довольный, получив невероятное наслаждение от прекрасного молочного десерта, я расслабился. Живот надулся и потянул за собой веки.
— Колин! — раздался над ухом голос Денниса.
— А-а-а… — я проснулся и огляделся по сторонам. |