— Им очень идёт, Гойл даже похорошел, — ехидно произнёс Рон.

— Спасибо за помощь, ребята, — поблагодарил я членов ОЛС.

Возвращаясь в своё купе в компании Луны, мы встретили Чжоу и Эджком, которая натянула на голову вязаную шапочку вроде лыжной. Мне было жаль Мариэтту, но ничего поделать не могу. Удивительной силы проклятье наложила Гермиона, его даже мадам Помфри не сумела снять. Вот что значит магический контракт — его уже нет, а проклятье всё ещё действует. Гермионе повезло, что Мариэтта неконфликтная девочка, другая на её месте затаила бы жестокую обиду и могла отомстить.

— Колин, о чём думаешь? — спросила Луна, когда мы вернулись в своё купе.

— Жизнь сделала кульбит. Я не могу поверить, что мы, живя в конце двадцатого века, застанем жернова военного конфликта. Если посудить, то все эти разборки волшебников напоминают войну между организованными преступными группировками, происходящую в настоящее время в России. Хотя банды у Русских могут насчитывать тысячи человек, а у нас с каждой стороны конфликта сколько? Десятки волшебников? Вообще уровень мелких районных банд. Тем не менее, нам от этого не легче.

— Маглов много, а волшебников мало, — сказала Луна, — когда сходятся армии гелиопатов и нарглов, достаётся всем.

— Я не пойму причину конфликта. Ладно, Сам-Знаешь-Кто, он борется за власть, но зачем этот конфликт его сторонникам? Они и так богатые, занимаются незаконным бизнесом и имеют немалое влияние в Министерстве. Чего им не хватало?

— Власти и денег никогда не бывает много, — невозмутимо заметила Луна. — Чем больше у человека есть, тем больше хочется. Рабы не думают о том, чтобы получить свободу, они мечтают о том, чтобы самим стать рабовладельцами. Именно поэтому Пожиратели идут за своим хозяином.

— Звучит разумно. Но это всё разборки взрослых. Чего не хватало ученикам Слизерина, что они стали вести себя как конченые твари? Мы просто учили заклинания, наверняка они делали то же самое. Мы же им не мешали, не караулили возле мест, где слизеринцы тренируются в чарах, а они расхаживали по школе, как надсмотрщики по концлагерю, придирались ко всем подряд, снимали баллы, караулили нас, в итоге дошли до рукоприкладства и пустили в ход волшебство. Теперь ещё решили мстить за то, что мы не позволили им над собой издеваться и подвергаться пыткам. Сволочи! Что мне теперь, следующие годы ходить по школе, постоянно оглядываясь, не поджидает ли Малфой со своей бандой в засаде?

— Дети берут пример со своих родителей, — пожала плечами Луна.

— Мой сладкий медок, ты не представляешь, какие мысли приходят мне в голову. Например, я даже подумал о том, чтобы уговорить тебя вернуться в купе со слизнями и стереть им память, прямо несколько лет, чтобы эти гады превратились в милых и безопасных деток со знаниями второкурсников…

— Тогда мы уподобимся нарглам, — заметила Луна.

— Понимаю, — из груди вырвался тяжёлый вздох. — Если начнём так поступать, мы будем не лучше Пожирателей. Не успеешь оглянуться, а уже используешь магию на невинных людях, подчиняешь своей воле вместо того, чтобы договориться. Но ты бы знала, какой большой соблазн… Если бы сам владел Обливейтом, мог бы сорваться, поскольку пугает перспектива иметь во врагах мстительного и мелочного засранца вроде Малфоя.

— Держись, Колин. Не стоит опускаться до уровня нарглов, — сказала Луна.

— Понимаю, но хочется сказать словами героя мультфильма…

— Ребята, давайте жить дружно? — спросила Лавгуд.