— У меня дома в Бразилии Гарри будет надёжно спрятан, — сказал Блэк.

— Вы знаете, что Тёмный лорд пытался убить Гарри, когда он был ещё ребёнком, из-за пророчества, сделанного незадолго до его рождения, — видимо, Дамблдор намерено не произносил прозвище «Воландеморт», чтобы не привлечь его внимание в это кафе, ведь до этого он никогда не стеснялся называть его так. — Он знал об этом пророчестве, но ему была неизвестна его суть. Отправляясь в дом Джеймса и Лили, чтобы убить Гарри, он полагал, что выполняет предначертанное судьбой. Он обнаружил, что ошибался, когда направленное в Гарри заклятие рикошетом ударило по нему самому. Вот почему после своего возвращения в тело он был одержим одной мыслью: узнать полное содержание пророчества. Это и есть оружие, которого он так упорно добивался с момента своего возвращения, — знание того, как погубить Гарри. И он его получил.

— Я читал в газетах, что в магической Британии происходит Моргана подери что, именно поэтому хочу спасти крестника, — сказал Блэк. — Мне плевать на ваши пророчества!

— Сириус, понимаю твоё желание спасти Гарри, мы все этого хотим, но есть кое-что ещё, — продолжил Дамблдор. — Под пророчество подходило двое, но отмечен был Гарри. Единственный человек, способный окончательно победить Тёмного Лорда — это он. Шрам Гарри — это благословение и проклятие одновременно. Тёмный лорд использовал жуткую тёмную магию, чтобы обрести бессмертие. Он разделил свою душу и вложил её части в разные предметы — крестражи. Именно они удерживают дух Тёмного лорда в мире живых. Несколько этих предметов было уничтожено, осталось два и один человек.

— Человек? — ужаснулся Блэк. — Это же не Гарри?

— Мне жаль, но это Гарри, — печально вздохнул Дамблдор. — Душа Тёмного лорда после многих разрывов стала нестабильной, и когда Авада отразилась ото лба Гарри, кусочек души атакующего откололся и остался в шраме. Пока жив мальчик, будет жить Тёмный лорд…

— Я не позволю убить крестника! — вскочил из-за стола Блэк. Он был жутко зол.

— У Гарри есть немалый шанс остаться в живых, — сказал Дамблдор. — Авада Кедавра выбивает душу волшебника из тела. Это любимое заклинание Тёмного лорда. Если он лично направит Аваду на Гарри, то есть шанс, что выбьет осколок своей же души, а Гарри останется жив.

— Охренеть! А пирожки-то оказались с котятами, — вырвалось у меня. — Выходит, из Гарри готовят камикадзе?! А не проще пленить Сами-Знаете-Кого и поместить его в подобие стазиса? Есть же медицинские заклинания стазиса, подобные тем, с помощью которых обрабатывают туши животных для длительного хранения. Пусть Сам-Знаешь-Кто живёт, сколько влезет, но в виде овоща в кладовке! А если ещё ему память стереть, то он будет не опасней младенца. Когда Гарри Поттер откинет копыта от старости, можно добить пускающего слюни Сами-Знаете-Кого.

— Я же говорил, что парень самый адекватный из присутствующих волшебников! — радостно заявил Блэк. — Всё бы вам, директор, кого-то отправить на верную смерть.

— Боюсь, что с Тёмным лордом такой трюк не пройдёт, — покачал головой Дамблдор, развеивая улыбку Блэка.