Рыдания Кричера обратились в подобие скрежета, нам приходилось напрягать слух, чтобы разобрать его слова.

— И он приказал… Кричеру уйти… без него. И он велел Кричеру… идти домой… и никогда не говорить хозяйке… что он сделал… но уничтожить… первый медальон. И он выпил… всё зелье… а Кричер поменял медальоны… и смотрел, как хозяина Регулуса… утаскивали под воду… и…

— Ах, Кричер! — простонала расплакавшаяся Гермиона. Она опустилась рядом с эльфом на колени, попыталась обнять его, отпихнув Винки в сторону. Но он немедля вскочил на ноги и с нескрываемым отвращением отпрыгнул от неё.

— Грязнокровка коснулась Кричера. Что сказала бы хозяйка?

Эльф упал на пол и начал биться об него лбом.

— Колин, останови его! — закричала Гермиона.

— Окей, — направил я палочку на домовика. — Петрификус Тоталус.

Эльф распрямился, его ноги склеились, руки прижались к туловищу, и он растянулся на полу, лишь налитые кровью глаза бешено вращались.

— Зачем же так? — с осуждением спросила Гермиона.

— Приказывать ему мы не можем, это прерогатива Сириуса. Буйных пациентов психиатрической лечебницы пакуют в смирительную рубашку и помещают в белую комнату с мягкими стенами. Ничего из перечисленного у нас нет, так что пусть полежит до возвращения Блэка.

— Надо уничтожить медальон. Похоже, что это не так просто, — кинула взгляд на стол Гермиона. — Если домовой эльф за много лет ничего не сумел сделать…

— Не попробуем — не узнаем.

>

Глава 60

Мы использовали на амулете разные чары, но даже не смогли его поцарапать. Кинули в камин и пытались расплавить огнём, выпускаемым с двух палочек одновременно, но он даже не закоптился.

— Он неуязвим для чар, — отчаявшись, произнесла Гермиона.

— Попробовать бы пневматический кузнечный молот с силой удара в несколько тысяч джоулей и частотой в несколько сотен ударов в минуту. Защита не может быть абсолютной, рано или поздно её можно будет сломить. Даже если понадобится держать амулет на наковальне в течение суток или неделю. Ещё можно кинуть его в вулкан как кольцо Всевластия или в чан с расплавленным металлом, как терминатора. А можно попробовать сделать самодельную плавильню, в камине мы высокой температуры не достигнем.

— Но это же магия, так что вполне может быть так, что даже кузнечного молота и лавы окажется мало, — заметила Гермиона.

— Лавы никогда не бывает мало. Но можно попробовать царскую водку.

— Водку? — усмехнулась Грейнджер. — Колин, ты вообще с головой дружишь?

— Похоже, до уроков химии в обычной школе вы так и не дошли, — усмехнулся я, глядя на смутившуюся девушку. — Гермиона, царская водка — это смесь определённых пропорций соляной и азотной кислоты, растворяющая металлы.

— У нас было естествознание, а химия должна была начаться позже в средней школе, — сказала Грейнджер.

— Может попробовать просверлить сверлом с алмазным напылением или на токарном станке обработать, или углошлифовальной машиной алмазным диском распилить…

— Не знаю, — задумалась Гермиона. — Можно попробовать, только где всё это взять?

— Я знаю где. Деньги есть, купим.

— Давай! — решилась Гермиона после некоторых раздумий.

— Винки, следи за крестражем и Кричером.